Препараторы. Зов ястреба

Он и прежде, читая о паритерах в книгах, представлял их небожителями, которым подвластны тайны неба и земли, но теперь, после того, что он видел, восторг перешёл всякие границы.

– Лудела, помнишь тех паритеров? – осторожно спросил он.

– Ну да? – она догрызла засахаренное яблоко и, быстро оглядевшись, бросила деревянную палочку через ограждение.

– Выходит, на парителях тоже механикеры работают, да? – спросил он как можно небрежнее. – И паритеры, значит, тоже механикеры, как и машинисты на поездах?

Она хмыкнула:

– Поняла, к чему ты клонишь.

– Почему? – Он почувствовал себя уязвлённым и от того, что она сразу угадала его мысли, и от того, как уверенно сказала, что ему ничего не светит. Возможно, не стоило принимать её слова всерьёз. Ей явно нравилось хвастать своей искушённостью перед жителем окраины.

– Сам как думаешь? Быть паритером – или даже летать механикером на одном из таких – это ещё как здорово.

Да, она немного заносилась – но, может быть, если он и дальше будет подыгрывать ей, Лудела выложит ему много такого, что хорошо известно ей, как жительнице столицы. В конце концов, не просто же так она тратит последние свободные денёчки с ним, а не с кем-нибудь знакомым из Химмельборга? Как бы ни задирала нос, он ей нравится – грех было бы этим не воспользоваться.

– Не предлагают? – он постарался говорить как можно более простодушно. Хельна утверждала, что когда он говорил так, глаза у него делались синими-синими, и ему невозможно было отказать. – Но почему? В смысле… Разве все рекруты не равны между собой? Я думал, тесты…

Она фыркнула – и насмешливо, и недовольно – и снова прижалась к нему, поглядывая на ближайшую пустующую смотровую.

Он вздохнул и переплел её пальцы со своими:

– Ну, милая… Неужели ты мне не поможешь? Видишь ведь, как я здесь растерян – без твоих подсказок совсем пропаду. Расскажи, что нас ожидает. Буду тебе очень благодарен.

Он слегка поцеловал её около носа – промазал мимо губ, потому что она захихикала и ожила в его руках, как вода. По крайней мере, видимо, ласка подействовала – её щёки заалели.