Препараторы. Зов ястреба

Это было приятное, плотное молчание – то, за что я больше всего любила тавлы. Двое над полями думают над общей задачей – но победить может только один.

Прошёл час или около того – когда играешь, время всегда идёт немного по-другому. Эрик Стром оказался сильным игроком – в Ильморе мне не приходилось играть с кем-то настолько сильным, исключая, разве что, госпожу Торре. Поначалу, поняв, что играть я умею, Стром делал обманчиво простые ходы – а когда я расслабилась, ударил сразу по трём фронтам, вынудив меня занервничать и начать совершать ошибки одну за другой.

Хоть это мне удалось – к концу партии я обезглавила армию на поле Души Строма. Это уже не могло спасти меня, но, по крайней мере, самолюбие моё было уязвлено меньше, чем могло бы.

– Неплохо, – сказал Стром, собирая фигуры. – Ещё разок?

Я кивнула. Теперь, лучше зная его манеру игры, я рассчитывала победить.

Но меня ждал сюрприз. Эрик Стром вёл следующую партию так, словно со мной играл теперь совсем другой человек. В первый раз после обманки он играл напористо, агрессивно, без особых сожалений жертвуя фигурами. Теперь он играл осторожно, мягко, и наши армии кружили друг вокруг друга на полях, пока я не начала уставать. И вот тогда-то он ударил – я пропустила две опасные ловушки, которые, не измотай он меня так, заметила бы наверняка.

– Спасибо за игру, – сказал Стром, забирая моего владетеля с доски. Он улыбался.

– Давайте ещё.

– Ну нет. Тебе пора спать. Завтра трудный день – продолжить играть будет безответственно с моей стороны.

– Я спать совсем не хочу…

– Ничего не поделаешь. Считай, что это приказ, Хальсон. Привыкай – скоро ты будешь на службе, а там не всегда получается делать, что хочешь. – На этот раз он говорил без улыбки, и спорить не следовало. Я забылась – тавлы всегда были для меня пространством, стирающим границы – но забываться в компании ястреба из Десяти не следовало.

Я поднялась из-за стола и почувствовала, что затекли ноги. Валовые светильники горели ровно. Невозможно было понять, сколько времени мы провели за игрой.

– Ты хорошо играешь, Хальсон, – сказал он мне в спину, собирая фигуры. – В Химмельборге тебе это пригодится.

– Спасибо. Там многие любят тавлы?

– Нет. Но там многие любят играть. Доброй ночи, Хальсон.