Сосед

И вообще, хватит уже на работе сидеть, тебе нужно отдыхать, – по всем фронтам отчитала меня подружка.

– Ладно, мам! Еду домой, – засмеялась я от ее приступа гиперопеки.

Словно услышав, что говорили о нем, за стеклянной перегородкой нашего офиса показалось бородатое лицо Кирилла с тоскливыми добрыми глазами как у лабрадора.

– Привет! Ты еще здесь? – удивленно спросил он, приоткрыв дверь.

– Нет, с чего ты взял? – пошутила я.

– Домой собираешься? – невозмутимо продолжал засыпать вопросами Кирилл.

– Нет, зачем? Завтра же снова на работу, – я снова не смогла отказать себе в очередной порции иронии.

Почему-то меня веселило, как реагировал Кирилл на мои шутки. Для меня до сих пор было абсолютной загадкой – то ли у него нет чувства юмора, то ли он слишком добрый, чтобы дать моему сарказму достойный отпор. Или он так безнадежно влюблен в меня? Искать ответ на этот вопрос, мне было не сильно интересно.

Но когда на меня нападал очередной приступ самобичевания, я попрекала саму себя Кириллом.

Просто это в очередной раз было не то. Я ничего не испытывала к нему, кроме человеческой симпатии. Чувствуя его доброту и робость, я не давала ему ложных надежд и держала на расстоянии вытянутой руки. Бывало, намеренно пыталась казаться хуже, чем есть на самом деле, намекая ему таким образом, что со мной не стоит связываться.

Он не приступал к решительным действиям, не признавался в чувствах. Так бы у меня хотя бы появился повод открыто сказать ему, что нам не по пути. Поэтому в те моменты, когда я забывала, что он мужчина, мы дружили. Могли поболтать, обменяться новостями, сходить на обед вместе или выпить кофе на перерыве, поскольку арендовали офисы совсем рядом. Ничего большего между нами не было. Я готова была предложить ему только это, а он и не пытался ничего изменить, довольствуясь той крупицей общения, которая была.

– Уже поздно, могу подвезти тебя, – без особых надежд предложил он.

Я хотела отказаться, сославшись на то, что еще не все доделала. Но потом почувствовала, насколько устала за этот долгий день. Сил не было даже для того, чтобы поднять свою попу с кресла, не говоря уже о поездке в метро. Боюсь, я просто просплю свою станцию и проснусь где-нибудь в депо.