Велесов овраг

Генерал внимательно выслушал меня и спросил, кто научил меня стрелять.

«Я не училась этому, генерал Арно, вчера я впервые держала в руке пистолет. Мне просто повезло, что я сразу попала в цель». – Ответила я.

Генерал ещё какое-то время расспрашивал меня о том, сколько в нашем городе немецких солдат, какое у них оружие и автомобили, не известно ли мне, в течение какого времени они планируют там оставаться. Я поведала ему всё, что мне было известно, и он, поблагодарив меня за информацию, сказал, что я могу быть свободна.

Покинув кабинет генерала Арно, я тут же отправилась на поиски Жана Леграна, но он сам попался мне навстречу, едва я свернула за угол.

«Мадемуазель Морель, месье Сен-Лоран желает видеть вас», – с улыбкой произнёс он, и мне показалось, что я её никогда в жизни не слышала более радостных для меня слов.

Лисёнок был необычайно бледен, но улыбнулся, завидев меня, и взял меня за руку, едва я приблизилась к нему.

«Бель», – тихо произнёс он.

 – «Ты мне снилась. Мы пели дуэт из „Царской невесты“, а потом ты пела ариозо Любаши».

«И как получилось?» – С улыбкой спросила я.

«Хорошо. Очень хорошо!».

Лисёнок замолчал, а я подумала, что волноваться больше не о чем – осколок снаряда, хотя и вошёл довольно глубоко, всё же не повредил тканей головного мозга Луи, как опасался лейтенант Легран. Стоило мне только подумать об этом, как Лисёнок начал говорить странные вещи:

«Почему ты не пела Кармен в театре? Ты же знаешь партию, но не сказала об этом никому.

Поёшь „Сегидилью“, выпив настойки брусники. А ловушка хороша, просто блеск…» – Произнеся эту ерунду, Луи на секунду задумался, потом спросил: – «Кто такой Сабуро? Имя какое-то японское. Они, вообще, на чьей стороне? Или как всегда, только ради себя воюют?»

Я не на шутку перепугалась и, высвободив руку из его пальцев, дотронулась до его щеки, на которой появился румянец. Щека была горячей.

«Лисёнок, ты хорошо себя чувствуешь? Я, пожалуй, позову лейтенанта Леграна».

«Зачем? Я хорошо себя чувствую!» – Сказал Лисёнок и добавил: – «Лучше позови Робера, хочу с ним поздороваться».

Щеки Лисёнка снова побледнели, что несколько меня успокоило. Я поспешила разыскать Робера и передала ему просьбу Луи.

22 марта 1942 года.

Вчера я больше не рискнула пойти к Луи, так меня испугали его безумные речи. Но прошедшей ночью мне снился странный сон.