Твой чёртов рай

Твой чёртов рай

Альбина Уральская

Жизнь Марьяны была размеренной и спокойной. Впереди маячит уже 40 лет, а в её жизни никогда не было мужчины, семьи и детей. Девственница…

Но стоило только один раз нарушить правило и понеслось… демоны, проклятья, жертвоприношения, рога и хвосты…

В тексте присутствуют эротические сцены. Сказка для взрослых.

Альбина Уральская

Твой чёртов рай

Глава 1

Марьяна лёгкой походкой вошла в лифт, уверенности ей придавало лёгкое нежно-зелёное платье на тонких бретельках, изящно сидящее на ней.

Ей не терпелось попасть на работу… хотелось петь… танцевать… любить весь мир.

На улице стояла жара, она любила жару, обожала. Зима вгоняла её в тоску, а вот жара летом приводила в неописуемый восторг.

Она была в таком хорошем расположении духа, что не обратила внимание на вошедшего следом генерального директора. А стоило, в их компании был дресс-код, и летнее платье до колен с открытыми плечами ну никак не входило в разряд допустимой одежды.

Она нажала кнопку седьмого этажа и подняла глаза на единственного попутчика.

Станислав Алексеевич, снисходительно улыбнулся и мягко сказал:

– Доброе утро! Мне на тот же этаж.

Его откровенный взгляд изучающе прошёлся по ней, заставив её внутренне содрогнуться от ужаса и накатывающей паники.

– Здравствуйте, – пролепетала она в ответ, сожалея о том, что «телепортатор» ещё не придумали, и исчезнуть из лифта, растворившись в воздухе как Гудини, у неё вряд ли получится. Она раньше не попадалась на глаза генеральному, а за нарушение правил компании её точно накажут материально.

Она бухгалтер по «первичке», в её обязанности не входило перемещаться по кабинетам и появляться на глазах руководства. Марьяна и сегодня надеялась на то, что ей опять повезёт, и она не будет париться в деловом костюме на работе, тем более раньше у неё такое уже прокатывало.

– Вам идёт этот цвет, – добил Марьяну генеральный, а тон его голоса подозрительно спокойный. – Зайдите ко мне после совещания – в 12 часов.

Марьяне очень захотелось сказать, что она не работает в их компании, а ещё лучше помереть прямо в лифте от острой сердечной недостаточности. Её 37-летнюю бабу, за какое-то несчастное платье, отчитают как девчонку. И отчитает не престарелый какой-нибудь дед, а симпатичный тридцатилетний мужик. Стыдно!

– Хорошо, – едва выдавила из себя Марьяна, чувствуя у себя приближение невроза.

– Как вас зовут? – его голос бархатистый, тёплый, приятный и пугающий до обморока.