Искра, погружайся! В плену Янтаря

Растения, как таковые, вообще вымирали целыми видовыми группами, и мох, был самым редким из оставшихся, говорят это из-за радиации. Растения – были удовольствием для богатых, позволить себе дома маленький сад, могли представители даже далеко не всей Платиновой касты.

Это давно превратилось в бизнес, в 2227 году по старому календарю, продавалось все, кроме воздуха. Я хихикнула.

Все было просто потрясающе, если бы с порога нас чуть не сшиб запах перегара.

Внутри нас ждали Беатрис с Шоном, и это стало для меня абсолютно неприятным сюрпризом.

Я их терпеть не могла. Нет, мы никогда не конфликтовали в открытую, но то что они меня невзлюбили я поняла ещё с нашей самой первой встречи. Они нас не сразу заметили, так что картину я застала не самую пристойную. Увидев нас, Шон быстро выдернул руку из-под юбки Беи.

Так что там я говорила о сдержанном проявлении эмоций среди Правящих? Ну да, судя по всему, я чуть преувеличила с пафосом. Это правило свято, пока в темноте не видно.

Жаль, что они тут. Мне хотелось побыть с Лео наедине.

Шон и Бея были его лучшими друзьями, так что я могла догадаться, что они тоже будут тут.

Лео как-то не добро переглянулся с другом, который в ответ недовольно фыркнул, поправил выбившуюся рубашку, и натянул на лицо шикарную белоснежную улыбку, больше похожую на оскал.

– Дружище, зачем ты привёл её сюда? Разве тут ей место?

Я моментально почувствовала себя неловко. Беспардонный – это самое первое слово, которое приходит на мой ум, при упоминании Шона Бирна.

– Она пришла повеселиться, так Мел?

Я закивала головой, и нарисовала на лице самую очаровательную улыбку, на которую была способна.

– И она никому не скажет о том, что сегодня увидит… как и мы «не видели» её сегодня тут, – Лео приобнял меня за спину, заставив покраснеть.

Шон нагло шарил глазами по мне, не стесняясь при этом откровенно пялиться на мою грудь.

– Я тебя, признаюсь, сразу не узнал, – Шон сделал мимолётную паузу, а потом неприятно протянул. – Где ты взяла своё платье? В борделе? – я плотно сжала свои губы и сжала руки в кулаки.

 – Не обижайся, киска. Просто ты в нем чертовски горячая…

Я проигнорировала отвратительный «комплимент» и посмотрела на Беатрис, которая сверлила все это время меня взглядом. Наверное, ей надоел этот спектакль, и она резко развернула голову Шона к себе, не церемонясь, показательно, засунула свой язык ему в рот. Он что-то нечленораздельно промычал, но сопротивлялся не долго и к счастью, окончательно забыл обо мне.