Одна жизнь – две судьбы. Росомаха

– Теперь ты женишься на мне… -спросила Нина, сильно прижимая к себе и целуя в засос.

Еще час мне понадобился для того, чтобы убедить ее в том, что непременно на ней женюсь, и что честнее меня, нет солдата в советской армии.

Наконец она все же ушла, да вдобавок ее уже искала подружка.

Я, прошмыгнув под проволокой, прибежал к себе на точку, там за меня дежурил молодой.

Хорошо, что литеха слинял и не заглянул на мое рабочее место.

Отправив молодого искать Леху Белянко, я сел за аппаратуру, как будто никуда и не уходил.

Белянко пришел минут через десять и с порога заблажил.

– Кирюха, ну ты мне и чувырлу подсунул, страшнее атомной войны.

– Ты ее хоть ублажил… -спросил я.

– Да ты охренел что ли, меня от нее чуть не стошнило, где ты ее откопал?

– Это не я откопал, а подруга ее.

– Ну, а у тебя как, с подругой то хоть получилось?

– Получилось, девственности лишил… -недовольно ответил я.

– Ничего себе, вот тебе Кирюха повезло… -с восхищением проговорил Белянко.

– Еще неизвестно, повезло, или нет, вдруг она завтра с мамой заявится, и тогда, или женись, или турма.

– Да-а, тогда Кирюха тебе очень крупно не повезло.

– Ладно, прорвемся.

– Ну, а ты, неужели так и отпустил подругу не проверив, баба она, или мужик?

– Отпустил, Кирюха, отпустил, потому что, это-оно, а не баба.

– Извини, свою предложить не мог.

– Да, знаешь, я не в обиде, даже как-то легче стало, что не я, а ты ее женщиной сделал.

– Ты мне поиздевайся еще… -грозно ответил я.

Белянко расхохотался и ушел.

С мамой на другой день Нина не пришла, но заявилась с подругой снова на выходные, меня на КП уже не было, отправили в командировку в часть, наверно это и спасло.

Потому что девчонки устроили форменный скандал, требуя нас с Белянко.

На шум, к ним вышел дежурный старлей Лебедев, которого мы все, за его походку, звали «целкой», урод был еще тот.

Он их внимательно выслушал, потом построил всю роту, кроме дежурных, несущих дежурство на своих рабочих местах.

Меня там не было, я уже в части, а Белянко выгнав молодого, сам сел за аппаратуру.

Короче случился у девочек облом, но Нина все же сказала старлею мою фамилию и имя, письма то шли.

Иной бы выпроводил девчонок и дело с концом, тем более, что солдат в наличии нет, но не таков был Лебедев.

Он, гнида, записал их показания, хорошо хоть еще их адреса не удосужился спросить и где живут, только после этого отпустил.

На другой день ко мне пришел наш взводный.