Блуд

Мое неразумное сознание ушло в отпуск, позволив телу оторваться на полную катушку!

Дерзко посмотрела в его пылающие гневом черные, жуткие глаза. Он все понял. Молча, не отводя глаз от своей пьяной жертвы, буквально срывал с себя рубашку, воспоминание о прикосновении к которой сегодня днем и вправду до сих пор заставляет меня дрожать в каком-то сладостном предвкушении.

Я больше не могла ждать! Еще раз улыбнувшись ему, раздвинула свои длинные ноги, что долгие годы тренировала у балетного станка. Обычно, я не оцениваю себя, как красавицу или девушку, способную хоть кого-то соблазнить, тем более, такого человека, как Блуд.

Его заявление. Про деньги. Про меня. Вопрос о том, сколько стоит ночь со мной. И моя настрадавшаяся, пьяная. Впервые в жизни, пьяная голова! Обезумев от моей откровенности, эта скала из мышц, бросила никчемное занятие с собственной рубашкой, буквально разорвав последнюю, и в следующее мгновение его мощное тело накрыло неадекватную меня.

Он не стал тратить время на поцелуи.

Потому, что они мешали ему взять меня. Задрав юбку своей новоиспеченной сестры на талию, он резким движением сорвал тонкое кружевное изделие со своей родственницы, подхватил мои ноги под заднюю сторону коленей и жестко вошел в меня! Мне кажется, от этой огромной, как и он сам, твердой от возбуждения силы внутри меня, даже мои достаточно узкие бедра немного разошлись в стороны. Из горла бывшей маленькой балерины вырвался грудной стон, меня с силой выгнуло на родной уже кровати, что стояла у меня дома, в маминой квартире.

Вцепилась руками в одеяло под собой! Боль! Невероятное желание! Запретное желание, которое будоражило меня весь вечер. Все это в эти мгновения, когда его тело наносило моему удар за ударом, наказывая меня за мою смелую дерзость и непокорность, это желание разом вырвалось на волю и в следующий миг взорвало нас обоих! Голова Блуда откинулась назад, и он в буквальном смысле зарычал так громко, как это мог сделать только настоящий дикий зверь!

Закрыв глаза от божественного наслаждения, подобного которому никогда не испытывала, я с трудом дышала, поэтому и не сразу поняла, что мои ноги уже никто не держит.