Лига пострадавших

– Лоцман! Возьмите меня на берег! Я вам заплачу! Хорошо заплачу!!

Он забыл о своем джентльменском виде, расталкивал женщин, рвался к трапу. Окружающие неодобрительно расступались, тут же сходились. Лоцман стоял на нижней ступеньке аварийного трапа и не решался, как быть.

– Стойте! – раскатисто рыкнул сверху капитан, толстяк с седыми висками и брезгливым лицом.

Джентльмена сковал двойной страх: не утратить бы последний шанс спастись, не потерять бы лицо… Пассажиры поняли: сейчас произойдет насилие.

– Простите, мистер, – с уважением пророкотал капитан. – Стоит ли нервничать? Воспользуйтесь правом защитить свою жизнь. Я думаю, в катере найдется местечко для вас. Что касается денег… получите вашу тысячу.

Толстяк протянул несколько купюр, сунул их за борт пиджака труса.

– Лоцман, будьте добры, доставьте джентльмена на берег.

Беглец ватными ногами поспешил к трапу.

– Господа, кто еще хочет вернуться? В катере есть места.

Пауза по всему левому борту долго не истощалась.

– Напрасно. Это ведь последняя возможность. – И после вздоха:

– Вперед.

За спиной раздался дробный смех и хрипение. Трефф Сигли похолодел. Он боялся истерики, а две не снес бы. Да еще кряду. Эго же слабость, публичный позор, люди такого не забывают.

Высокий пассажир тоже в светлом костюме разом прервал хохот, шагнул ближе, виновато улыбнулся, отчего его синеватое лицо с тонкими щеками постарело.

– Разрешите? Альт Корэн, в недавнем прошлом… человек.

– Слишком мрачно, – с приливом тошноты возразил Сиг ли и назвал себя.

– Поживем два-три дня и убедимся. Вы тоже путешествуете в одиночестве?

– Таковы условия игры.

– Думаю, ненадолго. По первым наблюдениям, пассажиры по половым признакам делятся на две приблизительно равные части.

Новый знакомый как-то резко переходил от минорного настроения к мажорному, ему хотелось возражать:

– Если не считать капитана и его команду…

– Капитан и его команда на этом ковчеге – люди временные.

– Поясните.

– Трудно. Я, скажем так, не уверен, что наш капитан когда-нибудь, до сегодня, стоял на капитанском мостике.

Боясь выдать свой осевший голос, Трефф Сигли прошептал:

– Вы думаете?

– Я думаю, этот господин тоже уплатил тысячу долларов.