Жизнь Колдуна

Тимофей удрученно вздохнул:

«Что за мир? Одни Фомы неверующие! С первого раза ничего не понимают! Только когда по макушке прилетит!» – он покачал головой, забрался в свой «Чероки» и поехал домой.

Рассказ пятый. Ответственный работник

Пацанишка заливался трубным ревом и поэтому Колдун слышал хорошо, если половину того, что говорила ему Настасья. Она периодически прерывалась, чтобы шлепнуть сопливого сына по взъерошенной белобрысой макушке, отчего тот взревывал еще отчаянней. Впрочем, общее положение случившегося Тимофей уловил: дядя Настасьи заболел, но будучи всю жизнь ответственным работником аж в Москве, а под старость угодив в дремучую глухомань к племяннице (ибо своих детей, за множеством важных дел не завел), народной медицине он не верил категорически и Колдуна к себе допускать не хотел.

Требовал везти его в больницу, на что у племянницы не было ни сил, ни средств.

Тимофей, ошалевший от обилия звуков и информации, пошарил в кармане облезлой кожанки и, выудив из него не менее затасканную конфету в поблекшей обертке, протянул ее пацану.

Рев мгновенно стих. Малец быстро сообразил, что это за фитюлька, развернул фантик и втянул сладость со звуком пылесоса.

– Так чего ты предлагаешь-то? – спросил Колдун по инерции громко, лишь к концу фразы, спохватившись и притушив звук.

– Я, Тимофей Филиппович, и сама не знаю! Он, как про вас услышит аж зеленеет весь! Может вы так, заочно, какую-нибудь травку пропишите?

Колдун хмыкнул:

– Угу.

Ты его напоишь невесть чем, невесть от чего и тогда его неверие в народную медицину будет абсолютно оправданным! Не стану я, Настасья, так рисковать! Мне его смерть на совести не нужна! – подвел он итог.

– Да Бог с вами! – испугалась женщина. – А как быть-то?

– А давай-ка, звезда моя, вот, что сделаем! – предложил гость. – Травку я тебе дам, только не лечебную, а сонную. Выпьет твой дядька, задрыхнет, а тут и я проберусь, посмотрю, подколдую чего, тогда уже и лечение назначу! Ну, как? Идет?

Настасья с готовностью закивала.

Негоже, конечно, пожилого человека обманывать, ну, да что же делать?

Колдун покопался в своей сумке, протопал на Настасьину кухню и, по-хозяйски взяв чистую кружку, насыпал в нее молотых трав и залил кипятком из закоптелого чайника.

«Ну вот! Счас настоится и начнем!» – подмигнул он хозяйке. Следом за матерью в кухню притопал ее наследник и уставился на Колдуна ярко-голубыми глазами.