Там

Дело происходило на квартире профессора, куда часто приходила молодежь – хозяин любил такие посиделки. Виталий покрылся малиновыми пятнами и совершенно растерялся. Весь остаток вечера он сидел молча, как в воду опущенный, а когда гости понемногу разошлись по домам, пришел на кухню, где Белгородский заваривал чай и, нервно пододвинув табурет, выдал:

– Пал Семеныч, я хочу поехать на выходные в лес с ночёвкой!

– Зачем тебе это, Виталь? – пытливо уставился на него профессор. – Ты же не любишь отсутствие комфорта!

– Я не диванный эксперт! – вдруг вскрикнул Мышка и схватив с тарелки кусочек сыра взялся обгрызать его передними зубами.

Он всегда так делал в минуты душевных тревог – по-мышиному грыз первую попавшуюся еду, за что и получил свое прозвище.

– А что плохого в таких знаниях? В науке много теорий. Практика не всегда возможна!

– Но у меня возможна! – набычился парень. – И я поеду! Не будут мне говорить, что я… что я… – он даже не смог повторить так обидевшие его слова.

– Нужно подготовиться, Виталий! Собрать необходимое… ты уверен, что сможешь?

– Уверен! – ответил Мышка, но в глазах застыл страх.

Оно и понятно! Городской парнишка, который даже на дачу никогда не выезжал и вдруг в лес, в ночь, в одиночку!

– Знаешь, Виталь, – задумчиво проговорил Белгородский, – а давай вдвоем поедем? Палатку мою возьмем, продуктов… Я уж давненько по лесу не бродил! – он не считал, что будет намного удачливей Мышки в походных условиях, но все-таки за своими плечами имел опыт прогулок в лес с друзьями и в одиночку за грибами, и просто для отдыха.

Молодой человек странно посмотрел на профессора и неуверенно сказал:

– Вы же уже…, – он споткнулся и покраснел.

– Что уже? – переспросил Белгородский. – Старый что ли?

– Ну да! – с вызовом подтвердил гость. – Куда вам по лесам бродить?

Профессор даже не обиделся, а только рассмеялся. И пошел на балкон вытаскивать палатку.

Через два часа они собрали необходимое. Упаковали рюкзаки. Продукты пока не складывали – часть лежала в холодильнике, а часть Виталий пообещал купить утром и принести вместе со своими вещами.

Белгородскому приходилось останавливать своего будущего спутника потому, что тот готов был собрать с собой все имущество – и свое, и профессора. Когда же пожилой человек пристегнул к рюкзаку старый металлический чайник, начал выступать уже Мышка:

– Зачем это, Пал Семеныч? У нас же чай в термосе!

– А пусть! – махнул рукой старик.