Ученье – свет!

Ритм… а нет его! Шаг, раз, два шага, раз, раз, изогнуться, пропуская особо толстую висюлину, шаг, раз, раз два. И проскочить двойной маятник, не задерживаясь и чувствуя, как спину обдувает порыв ветра от проносящегося сзади препятствия.

А дальше… широкие кольца разного диаметра, нанизанные на длинный стержень. Лине они не показались столь уж сложными, скорее неудобными, потому что рассчитаны были на местных легионеров, как на подбор высоких. Скача, как кузнечик с одного кольца на другое, она не задерживалась, чтоб не провалиться в большую яму с навозной жижей.

У мастера Ромаша, надо сказать, в такой же яме было простая грязь. Куда как менее унизительно!

И с разбегу вылетела на наклонный, скользкий (ну это уже начало надоедать!) пандус, ведущий прямо в переплетение странных, даже на вид липких сетей. За миг до неуклюжего падения Лин, оттолкнувшись, прыгнула вверх и вцепилась в первую из натянутых поперек на столбах веревок. Запутанная дорожка из странных переплетений, по которым надо перемещаться на манер паука, вела вверх.

Повиснув в один из моментов путешествия вниз головой, ведьмочка обнаружила, что земля-то далеко-о! И вспомнила о боязни высоты, довольно давно не дававшей о себе знать. Отчего взвилась еще выше, попадая в странную винтовую трубу, при спуске с которой закружилась голова, а на выходе ожидал небольшой такой костерок.

Забыв о наблюдающих за ней с интересом и удивлением людьми, подгоняемая азартом исследователя, Лина в длинном прыжке перемахнула через огонь и поскакала дальше.

Столбики, образующие тропинку, не вызвали у нее затруднений, как и веревочный мост, натянутый дальше и плавно переходящий в плетеную лестницу до земли. Потом требовалось по-пластунски проползти под колючими ветками, перепрыгнуть через два десятка ямок, забранных решетками, украшенными впечатляющих размеров шипами, и в конце полосы перебежать по тонкому шесту, установленному на возвышении.

Что она и проделала, не замедляя скорости и ничуть не вспотев.

Спокойно замерев посреди двора, девушка оглядела замерший строй, а когда сенрай произнес:

– Прекрасно, – и, помолчав, добавил: – Теперь я почти поверил в ходящие по Легиону слухи, – полюбовалась на отпавшие челюсти новобранцев и довольно фыркнула.

Поклонившись, она ответила:

– У меня прекрасный учитель, он был бы рад, услышав ваши слова. Ибо они означают, что труды мастера не пропали зря.

– И кто же твой учитель?

– Мастер Ромаш из столицы….