Сны Великого Моря. Алаутар

Однако теперь в длинном небесно-голубом шелковом платье и синем меховом плаще, расшитом звездами, она перестала брать на себя труд казаться менее значительной, чем была на самом деле.

Дамард поклонился, Светлана смущенно огляделась по сторонам, стараясь пристально не разглядывать казалось бы старых знакомых.

– Чего застыли? – Кэрсо-Лас щелкнул пальцами и два неизвестно откуда появившихся стула подлетели сзади и, аккуратно усадив на себя Дамарда и Свету подлетели к столу.

– Как спалось? – весело спросил Гаитоэрант.

– Отлично, – невозмутимо ответил Кэрсо-Лас, хотя вопрос был явно адресован не ему.

Гаитоэрант страдальчески закатил глаза.

– Ты хуже кота, тому простительно воображать себя центром вселенной, но он все-таки кот, а тебя очень хочется стукнуть.

Кэрсо-Лас скептически скосил на него глаза и, не ответив, вернулся к поеданию аппетитно пахнущей молоком и медом булочки ярко-оранжевого цвета.

– А где кошки? С ними все в порядке? – спросила Света.

Великие Стихии дружно расхохотались в голос.

– Упаси тебя небеса назвать их так при них или при их подданных, обид не оберешься, – отсмеявшись, пояснила Марина, – Тут они главные – Великие калахарские Царри всего живого. Кошки-то они кошки, но очень важные. Потому живут во дворце правителя. А мы, уж ладно, как-нибудь так, на окраине, чтобы не мешать никому и чтобы нам никто не мешал.

– Вы проспали вчерашний приветственный прием при дворе Эланор, – добавил Гаитоэрант, – признаюсь, я бы тоже предпочел проспать, было скучновато.

– Кто-то надрался и заснул за столом, кто бы это мог быть? – подперев подбородок кулаком, обернулся к нему Кэрсо-Лас, – Скучно ему было видите ли…

– Так именно поэтому! – с чувством воскликнул Гаитоэрант, – Ну и потому что я слишком живой тут. Я отвык быть человеком со всем человеческими слабостями.

Кэрсо-Лас выразительно крякнул, всем своим видом выражая скепсис.

– Это теперь так и будет, не обращайте внимания на них.

Света улыбнулась, Дамард кивнул. Кэрсо-Лас и Гаитоэрант переругивающиеся между собой и явно не придающие значения этому, их полностью устраивали. Если при такой внешности и с учетом исходившего от них ореола силы и могущества они вели бы себя сдержано и церемонно – это бы выглядело просто жутко. А так – все почти привычно и на своих местах.