Сны Великого Моря. Алаутар

Рана выглядела ужасно – глубокая, с рваными краями, кровь почему-то остановилась, хотя по идее должна была бы хлестать фонтаном.

Руки мелко дрожали, пока она промывала и обрабатывала антисептиком рану, мозг лихорадочно перебирал возможные логические объяснения случившемуся, но ничего более рационального чем жестокий розыгрыш, не нашел. Закончив с ногой, она переключилась на ссадину на голове, оказавшуюся, вопреки ожиданиям, обыкновенной царапиной. Парень по-прежнему пребывал в забытье, не откликаясь на ее действия даже стоном.

– Кто же ты такой? – вздохнула она, проведя ладонью по горячей и гладкой, будто никогда не знавшей бритвы щеке, – Надеюсь, ты мне все объяснишь. Только попробуй не объяснить!

Словно в ответ с его губ сорвался тихий стон.

– Давай, давай, приходи в себя, – она намочила чистую тряпку и провела ею по его лицу и шее. Под курткой обнаружилась не менее странная черная рубашка из тонкого батиста с глубоким воротом и шнуровкой вместо пуговиц.

Он вновь застонал и на этот раз открыл глаза.

– Вот и умница, – облегченно вздохнула она, стирая со лба проступившую испарину, – Тебе лучше?

– У меня нет сил, – булькнул он, – я истратил все.

– Это ничего, силы дело наживное, – она чувствовала, что и сама страшно устала. Напряжение постепенно уходило из тела, делая руки и ноги неподатливо ватными.

– Я вам обязан жизнью, я ваш вечный должник, – пробормотал он, щурясь от яркого света.

– О бог ты мой, – вздохнула она вытирая следы крови с пола, – Это слишком.

– Куда надо бежать? – не понял он.

– Никуда не надо, – фыркнула она, – Давай, говорю, до завтра все разговоры оставим, я плохо соображаю сейчас.

– Вы…

– И говори мне ты, а то я чувствую себя неуютно, – добавила она, поднимаясь с колен, – Ты встать и дойти до кровати сможешь?

Он помотал головой.

– Разве что на рассвете.

– Ладно, тогда я принесу тебе одеяла и подушку, поспишь здесь

Зимой тетка не приезжала на дачу, так что опасаться внезапного вторжения не стоило.

– Сейчас разожжем камин, не замерзнем, не бойся, – зевнула она, вернувшись со стопкой одеял.

– Как мне называть вас? – тихо спросил он, наблюдая за ней из-под прикрытых черных пушистых ресниц.