Сны Великого Моря. Хорро

Он снова оказался в мире, который тут называли «Внутреннее Поле», его снова предали по очереди все кому он имел глупость доверять, на его глазах вновь убили не в чем неповинных девчонок танцовщиц, которые работали в его клубе, он вновь ощущал себя виновным во всех бедах тех, кто оказывался рядом с ним, в него стреляли, он вновь плыл в пропахшем тухлой рыбой трюме много дней без воды и еды, только собственная кровь чудесным образом кормила и поила его. Тогда он только догадывался, что он маг. Он снова перебил всех на том корабле, когда все-таки выбрался из того трюма.

Он утратил знание, что спит. Все стало слишком реальным. Он вновь провалился во мрак собственной вины и сожалений. В прошлую жизнь протянулся мост, у него остался единственный шанс не вернуться – поджечь его.

В тот момент, когда он решил остаться на пылающем мосту, его разбудил Ордъёраин, буквально вытащив из кошмара двумя руками.

Вокруг царила непроглядная тьма. Ничего не соображая, Эвар пытался отдышаться, пока склонившийся над ним ведьмак, держа его за оба плеча, бормотал какое-то заклинание.

Над головой зашипел яростный огонь, сжирая обступивший со всех сторон мрак.

Железная хватка ослабла. Ордъёраин отошел на пару шагов и, раскинув руки в стороны, накинул на пространство вокруг светящуюся сеть, которая тут же запылала, уничтожив последние очаги непроницаемой черноты.

Эвар сообразил, что находится по-прежнему в своей спальне, мягкий свет ночника осветил темный проем занавешенного легкой органзой окна, в камине уютно подрагивал огонек. Пылающая сеть сделалась иллюзорно прозрачной и будто растворилась в воздухе.

Ордъёраин перевел дыхание. Он явно недавно вскочил с постели, был в домашних, похожих на пижамные, штанах, рубашке без рукавов, но с распущенной на груди шнуровкой, волосы торчали во все стороны, свешиваясь на лоб, босиком…

– Что случилось? – Эвар, наконец, вспомнил, что способен говорить.

– Даже не спрашивай, – вздохнул Ордъёраин, устало присев на край его постели, с усилием надавил на виски пару раз, явно пытаясь также придти в себя.

Эвар чувствовал ужасную слабость, в голове звенела пустота, в горле пересохло, он с трудом сел.

– Мне приснилось все мерзкое, что я так старался забыть, но, видимо, опять помню во всех подробностях.