Сны Великого Моря

– Здесь начинаются владения Мии-Дарърет, – неохотно пояснил Кэрсо-Лас, – я не думаю, что она позволит дамам без объяснений пройти по ее территории, надо решить, стоит ее посвящать в наши дела или обойдем низом?

– Я за «низом» – с готовностью вскинулся Маркиз, по-видимому, притомившись от однообразия окружавшего пейзажа.

– Я за скорость, – пожала плечами Гаитоэранта (на Яну это создание уже явно не тянуло).

Марина дотронулась до невидимой преграды – от нее веяло полуденным зноем, эдакий суховей, легкий, жаркий, иссушающий все на своем пути.

– Я не пойду дальше, – неожиданно для себя самой резко заявила Марина, отступая на пару шагов.

– Я предпочел бы до поры до времени, так кажется говорится у вас, сохранить в тайне маршрут нашей экскурсии, – усмехнулся Кэрсо-Лас.

«Это почему же?» – подумала Марина, впрочем, не особо удивившись.

– Значит есть, что скрывать, – вслух высказалась Гаитоэранта.

– Вниз, вниз, вниз, – пропел Маркиз, – а как?

Отойдя на пару метров от тропы, Кэрсо-Лас сотворил два белых жезла, из которых, грохоча и сверкая, выпорхнули несколько молний, во все стороны полетели голубые, жалящие холодом искры, воздух завибрировал, зазвенел, зажужжал, постепенно образуя уходящую вниз воронку.

– Брр, надеюсь, ты не думаешь, что я полезу туда? – ошалело спросил Маркиз, шерсть у него торчала во все стороны, хвост нервно подрагивал, всем своим видом кот выражал крайнее неудовольствие.

– Не беспокойся, ты съедешь как с горки, пространство внутри абсолютно статично.

– Успокоил, нечего сказать, – фыркнул рассерженный царь зверей, молотя себя по бокам взъерошенным хвостом.

– Да, уж, – хохотнула Гаитоэранта. – ну ладно, если другого нам предложить не в состоянии, я пошла… – она осторожно приблизилась к краю воронки.

– Еще один шаг, несколько восхитительных минут и ты на месте, – не без сарказма парировал Кэрсо-Лас.

– Только после вас, – огрызнулась Гаитоэранта.

– Да пошли вы, куда подальше, – стремительно теряя терпение, Марина растолкала обоих и с разбегу упала вниз.

Ее бережно подхватил воздушный поток, падение замедлилось, спустя мгновение она поняла, что может принять любое удобное ей положение. Не раздумывая, она улеглась на невесомой перине, прикрыла глаза, предвкушая долгий необременительный полет.