Зиртана. Книга вторая

Ей хотелось кричать: «Ах, вы мерзкие педофилы! Она же еще совсем ребенок! Моя девочка! Моя Наруфа!»

Но память мгновенно преподнесла ей кадр, в котором она сама, шестнадцатилетняя девчушка, кувыркается с Виктором на полу, в препараторской кабинета химии. А вот уже и в кабинете русского языка с Вартаном. Зиртана закрыла глаза и пару раз энергично тряхнула головой, чтобы сбросить видение.

«Нет! – вскричала она внутри себя, – ни за что! Моя юная девочка, мой цветочек!»

Зиртана к своему ужасу увидела, как Наруфа с удовольствием ловит взгляды мужчин, отвечая им кокетливой улыбкой.

– Ты что, с ума сошла? – прошипела Зира, – а ну прекрати немедленно!

– Что, мамочка? – перепугалась Наруфа.

– Ты еще спрашиваешь! – мать была вне себя от злости то ли на этих подлецов, то ли на дочку. – Прекрати скалиться этим развратникам. Не хватало еще, чтобы они подумали, что могут получить от тебя то, чего они хотят, – сказала она вслух, а про себя подумала: «Даже я, прожженая баба, не стала бы улыбаться таким! Это что же получается, моя дочь – шлюха?» – осенило Зиртану, и она испугалась своих собственных мыслей.

– Не смотри по сторонам! – прошипела она еще раз, строго глядя на дочь.

– Хорошо, мамочка! Прости, – Наруфа не на шутку испугалась и склонила голову в знак повиновения. – У меня просто хорошее настроение. Дяденьки и тетеньки улыбаются мне, а я улыбаюсь в ответ! – проговорила она совсем тихо.

«Дяденьки! Тетеньки! Господи, она у меня совсем еще глупенькая! – Зиртана немного расслабилась, а внутренний голос предупредил: «Не суди по себе!»

Она счастливо улыбнулась и ласково погладила дочь по руке:

– Прости, зайчик. Я не хотела тебя обидеть. Ты у нас очень красивая. Ты знаешь, в твоем возрасте я уже родила Дувана. Я переживаю, чтобы тебя никто не обидел.

– Ну что ты, мама! Я и не думаю об этом. Мне надо закончить университет.

Зиртана еще раз внутренне укорила себя, что могла так грязно подумать о своей дочери. Часть 1

Проснувшись первой, Зиртана наблюдала за своим спящим мужем. Он был ей дорог, она его уважала, хорошо относилась, но по-прежнему не любила.