Белые ночи

Кому я сделала плохо в жизни? Ну скажи? Только сама много лет терпела лишения и унижения, – Софья помолчала и добавила, – от этого урода! Нет, ну почему так? Он всю жизнь в шоколаде, а я? Мало того, что ушёл, бросил меня в самом расцвете сил, не дал замуж выйти, сам женился, – женщина снова примолкла ненадолго, – сына родили! А я? Всю жизнь одна. Так теперь ещё и старость такая – полная неподвижность.

– Ну почему одна? – робко возразила подруга. – У тебя есть сын и дочь, внук.

– Валя, Валя! Ты прекрасно поняла, о чем я! Я всю жизнь одна! Без мужа.

Валентина вздохнула. Это правда, с Витей она жила долго и счастливо вот уже сорок лет. А Соне не повезло: через пять лет после свадьбы ее муж Василий был замечен в измене. После недолгих разборок и скандала он признался:

– А я даже рад, что тебе доложили. Сам не знал, как сказать, а теперь могу спокойно уйти, – и ушёл.

Как же Соня страдала и злорадствовала, навлекая на новую семью, а особенно на разлучницу, все новые и новые беды.

В ту ночь после посещения доктора Софья Дмитриевна спала очень плохо, снились какие-то ужасные сны, а потом словно наяву она увидела странное создание, сидящее на ее кровати. Это был не то молодой парень, не то девушка. Одежды были не то белые, не то прозрачные, просторные вроде. Но иногда через лёгкую ткань угадывались очертания тела, а в следующий момент одежда казалась непроницаемой броней.

– Привет, – сказало существо.

Абсолютно ошарашенная Соня вымолвила, заикаясь:

– Привет.

– А ты меня разве не помнишь? – поинтересовалось существо.

– Нет, – ответила Софья, холодея.

– Ну как же? Ты же мне смерти желала! А теперь не помнишь.

– Ничего не понимаю. Ты кто? Я никому и никогда не желала смерти.

– Желала, – существо приветливо улыбнулось. – Давно. Ну, наверное, лет тридцать пять назад.

Соня ничего не понимала. Она не знала, явь это или сон. Но на всякий случай женщина начала читать молитву внутри себя.

«Отче наш, сущий на небесах, да святится имя твоё… имя твоё… что же дальше? Боже, я не помню дальше.

Но слова молитвы, напечатанные в памяти с малолетства (бабушка научила), вдруг куда-то выветрились. Соня начала просто твердить «Господи, спаси и сохрани! Господи, спаси и сохрани!»

Тем временем существо встало с кровати, прошлось по комнате. На письменном столе стояло фото бывшего мужа Софьи, которого она так и не смогла забыть и простить, и любила его всю жизнь.