Монтагнард

Взгляд, не представляющий опасности, скорее, интерес, но усталость как рукой сняло. Мастер натянул маску безмятежности и взглянул на личность, так заинтересовавшуюся им.

Несмотря на полностью сформировавшееся женское тело, девушка была не старше шестнадцати лет. Низенькая, полноватая, с большой грудью. Огненно-рыжие волосы по-детски собраны в два хвоста. Она внимательно рассматривала мастера, но стоило их взглядам встретиться, как в больших фиолетовых глазах пропал интерес и вспыхнул страх. Она попятилась и упёрлась в ограждение.

«Может, зря я взял ящера с собой» – подумал Львовций.

То, что девушку напугал он сам, мастеру не пришло в голову. Рыжеволосая девушка скрылась из поля зрения, но мастер машинально отслеживал её предполагаемую дислокацию.

С гулким стуком подъёмник остановился. Подземный город встречал посетителей обилием вывесок. Торговые дома, таверны, кузни, мастерские, всё было выкрашено ядовито-яркими фосфоресцирующими красками. Постройки вокруг платформы в буквальном смысле переливались всеми цветами радуги.

В древнем Монтагнарде жилища были вырублены прямо в каменной породе. Захватывающие барельефы, разнообразные резные колонны, широкие балконы с балюстрадами. Здания в этой части города были просторными, роскошными и чрезвычайно дорогими. Большинство из них занимали владельцы торговых домов, серебряных рудников, ферм крото-свинов, промышленных комплексов и лабораторий. В этой части города располагалась цитадель ордена и дворец.

Львовций однажды мельком видел карту с указанием расположения цитадели, этого хватило, чтобы безошибочно направлять ящера по широким улицам, являющимся огромной пещерой. В глаза ему бросилось большое количество стражников. Они были повсюду. Патрулировали проходы, стояли на развилках и сторожили богатые дома. Под землёй редко использовали стальные латы, вместо них стража была облачена в выпуклые панцири и хитины. Подобные доспехи были дешевле и легче, но по качеству уступали стальным.

Мастер заприметил нужный проход, машинально отметив, что стражников здесь не было, и через четверть часа он уткнулся в выкрашенные белым цветом ворота. Массивные, с вырезанной в центре сферой, они были олицетворением неприступности.