Первый шедевр

Поместье, задумывавшееся как семейное, оказалось никому не нужным: экс-супруга сэра Николаса по суду забрала жирную недвижимость в Лондоне и 12 миллионов, сам же Николас приезжал сюда от силы пару раз в год.

Вирджиния Уотер пропитана безмятежным снобизмом прячущихся от журналистов и звезд кино и шоу-бизнеса, бывших политиков и скучных миллионеров, обожающих играть в гольф и теннис. Где-то здесь во дворе, закрытом высоким забором на лужайке нежится на солнышке Аугусто Пиночет. Думая об этом факте, Грегори представил, как Стоун играет в гольф с чилийским диктатором на пенсии.

Лимбо для богатых.

Оливия остановила машину у двухметрового забора из красного кирпича, она потянулась к бардачку, короткие волосы защекотали недельную щетину Грегори, он вдохнул ее запах, дорогих сигарет и недорогих духов. Лив вытащила небольшой пульт и ненадолго задержалась у его лица, она сняла очки и внимательно заглянула в его карие глаза:

– Грег, наше лето начинается сейчас. Давай проведем его хорошо, – она умела требовать мягко.

«Давай проведем хорошо» означало: «Не делай никакого дерьма, Грегори».

Вместо ответа Грег поцеловал ее между глаз, а она прижалась лбом к его лицу. Последний раз они были так близки вчера днем, пока собирали чемоданы. До того как началась эта нелепая ссора.

– Сделаю все, что в моих силах, – ответил Грег.

Она отстегнула ремень и нажала кнопку на пульте, автоматические ворота неторопливо разъехались, Лив повела машину по уложенной брусчаткой дорожке к двухэтажному дому из беленого кирпича с террасой и примыкавшим к нему домику для персонала и гаражом.

– Берти и Роза уехали пару дней назад. Папа отпустил их на все лето, а значит, мы тут сами по себе. Сами готовим, сами убираем, сами стрижем лужайку, сами ходим за покупками…

– …сами подтираем себе зад, – передразнил Грегори. – Лив, я думаю, мы справимся: в Лондоне как-то справлялись без прислуги.

– Грег, в Лондоне мы сами по себе. Ты же знаешь, папа редко сюда приезжает, за домом нужен присмотр и уход.

Оливия остановила машину возле гаража и вышла, Грегори открыл багажник и первым делом вытащил огромный холст на подрамнике, лежавший на чемоданах, и вручил его девушке.

– Берти и Роза здесь живут сколько? Шесть лет?

– Восемь, – ответила Оливия.

– Восемь. Он платит им зарплату, платит за содержание дома, налог на недвижимость, но от силы приезжает всего на пару недель в год.