Конец нашей эры. Хроники очевидца

А книги брать и в библиотеке.

Кроме того, что значат эти права на доступ к сомнительной информации в обмен на защиту от террористов?

Впрочем, вскоре библиотеки начали закрывать, а книги, содержащие экстремистскую и чуждую нам литературу, сжигать.

И если раньше был список запрещенной литературы, то сегодня есть список литературы разрешённой, а все остальные произведения подлежат уничтожению как не содержащие художественной ценности.

Ну и что с того? Главное – безопасность государства! К тому же – в библиотеках и книгах нет ничего интересного.

И, согласитесь, на свете было слишком много книг, а теперь есть ограниченный список уже прочитанных и отредактированных специальной государственной комиссией. И нет тут никакой цензуры: все во благо общества!

А то почитает кто-нибудь какую-нибудь книгу об учениях воображаемого друга или размышления другого ненормального о добре и зле или о своей борьбе – и пойдет творить зло!

Нет, я против этого! Я – не террорист! К тому же, кому нужны книги, когда есть телевизор?

Впрочем, в последнее время по телевизору идет лишь один канал, который бесконечно прославляет нашего бессменного Лидера и докладывает о достижениях нашей великой Родины на всех фронтах.

Скучновато, конечно, немного. Но, с другой стороны, кому нужен телевизор, когда можно общаться с живыми людьми?

Впрочем, и сюда тоже были внесены коррективы-изменения.

Право перемещения было вначале ограничено постоянной и временной регистрацией, а потом и вовсе запрещено.

Отныне все перемещения граждан между городами осуществляются только с позволения государства. А я-то тут при чём? Я не террорист, мне ездить никуда не надо. Где родился, там и пригодился.

Далее законом был введен комендантский час, запрещающий сперва хождение на улице в вечернее и ночное время, а потом и в рабочее. Пойманных в нерабочее время, кстати, также наказывали со всей строгостью закона. Ну и правильно, нечего без дела слоняться. Надо работать на благо государства.

Тем более что не работать нынче нельзя: во-первых, кто не работает, тот не ест, в прямом смысле этого слова; а во-вторых, – за тунеядство нынче следует уголовное наказание.

Затем были запрещены разговоры в рабочее время. А разговоры в нерабочее время были разрешены, но с некоторыми оговорками. Во-первых, следовало заранее уведомить соответствующие органы о том, с кем и когда вы собираетесь провести беседу, а потом предоставить тезисы примерного содержания разговора.