Новые странствия Салли Джонс

Тогда-то синьор Фидардо и заметил, что чердак в его доме течет. Черепица была старая и требовала замены.

– Все рабочие в этом городе – обманщики и пройдохи. Они меня разорят, – недовольно ворчал он.

Старшой сразу, как только узнал о протечке и о тревогах синьора Фидардо, решил, что это работа для нас. Я была с ним полностью согласна. Но убедить синьора Фидардо оказалось не так-то просто. Он явно сомневался, что мы умеем чинить кровлю. Но под конец сдался и заказал целый воз черепицы.

Неделю мы снимали и спускали на землю старую черепицу при помощи веревки и талей.

А еще через неделю новая кровля была готова. Все шло хорошо до тех пор, пока синьор Фидардо не вздумал с нами расплатиться. Старшой отказался брать деньги, но синьор Фидардо был непреклонен.

– Я должен вас отблагодарить, я требую этого, – сказал он.

– Это мы у вас в долгу, – засмеялся Старшой. – Если бы не вы с Аной, я бы до сих пор сидел в тюряге. А Салли Джонс, возможно, вообще бы погибла! Будьте добры, позвольте оказать вам эту небольшую услугу!

Синьор Фидардо принял его протянутую руку.

– Ладно, – буркнул он. – Так и быть. Но последнее слово за мной, Коскела. Уж я найду способ отплатить вам!

В этом Старшой и синьор Фидардо похожи: оба упрямы и не любят оставаться в долгу.

Несколько недель спустя, ранним вечером, когда мы со Старшим только что вернулись с подработки в порту штучных грузов, в дверь камбуза постучали. Это была Ана. Она показалась мне немного взволнованной и попросила, чтобы мы немедленно отправились с ней на Руа-де-Сан-Томе.

– Что-то случилось? – забеспокоился Старшой.

– Да, пожалуй, можно сказать и так, – ответила Ана. – Но Луиджи сам вам все расскажет.

– Надеюсь, синьор Фидардо не заболел?

– Нет-нет, – нетерпеливо сказала Ана. – Просто пойдемте со мной…

Когда мы пришли, уже темнело. Жалюзи в мастерской были опущены на ночь. Ана постучала.

– Кто там? – донесся из-за двери голос синьора Фидардо.

– Свои, – сказала Ана.

Мы со Старшим озадаченно переглянулись.

Синьор Фидардо никогда не задерживался в мастерской после шести вечера. Он всегда четко соблюдал распорядок дня.

Щелкнул замок, дверь открылась.

– Входите, друзья, – сказал синьор Фидардо. – Как хорошо, что вы пришли… закройте дверь и заприте ее на ключ. Нельзя, чтобы нам помешали.

В мастерской царил полумрак. Горела только лампа над рабочим столом синьора Фидардо. В луче света лежал штурвал с «Хадсон Квин», который уже больше года простоял у моего стола.