На перекрёстке судьбы. Вторая книга романа «Завет нового времени»

Йешуа подхватил: «И разбитые скрижали Закона Незримого оставались сокрытыми в груди Моше, пока не настало время Детям Света явиться в пустыне и ангелам пойти по земле». – Йешуа улыбкой встретил взгляд Нафтали, которого вдруг осенило!

– Услышал! – прокричал тот сквозь хамсин. – Теперь только и услышал! – перекрикивал ветер, возбуждённый Нафтали, обращаясь к Йешуа и Йонатану, удивлённо разводя руками. – И свитки ведь переписывать приходилось, а вот только сейчас… услышал! Это ведь из «Книги Моисеевой: Десять Заповедей»…

– И что же ты услышал? – спросил юный князь…

– Кое-что другое…

– Какое, другое? – подначивал Йешуа.

– Ну, про детей Света, явившихся в пустыне…

– И про ангелов, что пойдут по земле? – Засмеялся Йешуа, – ты об этом?

– Ну да, – протянул сконфужено Нафтали, ища поддержки у Йонатана. – Это ведь про нас сказано.

– Точно. Про ессеев, – согласно кивнул Йонатан.

– Сказано про тех, кто вершит Закон! – рассмеялся Йешуа. – А мы с вами пока только в начале пути.

Нафтали рассмеялся. Всё ещё улыбаясь, он помог своему острому на язык подопечному взобраться на склонившегося перед ним верблюда. Когда юноша уселся в седло, животное очень осторожно и вместе с тем царственно грациозно, подняло юношу на высоту хребта.

– Ух! – восторженно произнёс Йешуа. – Как высоко!

– Тебе удобно, князь?

– Да! Замечательно! – резвился юноша.

– Справа – кожаный мешок с водой, – уточнял Нафтали. – Слева – с золотом.

– Наша, дамасская сталь, – любовно произнёс Нафтали.

– Мастер Давид сработал? – Йешуа, любовался мечом.

– Этот меч детей Света я лично выковал для тебя, – произнёс смущённо Нафтали, и краска залила его лицо. Восхищенный Йешуа долго любовался оружием, созданным в кузнице под крышей мистической школы.

– Так это из-за тебя вспыхнула ссора с центурионом? – спросил Йешуа у меча так, что Нафтали почувствовал себя виноватым и ссутулился.

– У тебя уже есть своя история, – восхищенно говорил князь, высоко поднимая меч и резко его опуская. От этого движения, верблюд шарахнулся так, что юноша едва удержался в седле. Нафтали с трудом сдержал напуганное животное, а когда верблюд успокоился, протянул руку князю.