Путешественница по мирам

– А вот, похоже, и наша отравительница, – довольно произносит королева-мать. Судя по тому, как откровенно плотоядно она улыбается, фаворитку я больше не увижу.

– Моя фаворитка, Ангелия, – удивляется дракон, глядя на материал, – это не может быть она, её подставили.

– Мрыыыммяя… – я не пойду замуж за кретина… – возмущаюсь и негодую.

– Филипп, – сдержанно произносит мать, – ты балбес.

В дверь без стука входит герцог и несёт в руках поднос. Узрев двоих моих гостей, он от неожиданности замирает и, очень быстро сориентировавшись, с почтением говорит:

– Рад видеть вас в добром здравии, королева.

– И я рада, – черты лица у королевы-матери становятся мягкими и приятными.

– Ваше Величество, – продолжает театр вежливости герцог, – я взял на себя смелость и принёс для вашей невесты ужин. Тушёную уточку в соусе и парное молочко.

Господи, дракон, да ты золотко. Я чуть не расплакалась.

Прода 7

Королева, отложив в сторону улику, открыла мою клетку и успокаивающе позвала:

– Кис-кис-кис…

– Мама, не надо! Она бешеная, – переживает драконо-сын, держась на расстоянии.

– Мяу-мяу-иияу, – как хорошо, что в родственниках есть королева-мать, амнистию объявили быстрее, чем суд прошёл, – обрадовалась я, отрывая свой кошачий зад от пола клетки и важно двигаясь к выходу.

– Смотри, какая лапочка, – умиляется Таразия, – надо бы узнать, как её зовут.

Гордо вышла из темницы и, чтобы герцогу не пришлось ломать голову, куда ставить мой ужин, направилась прямо к письменному столу и заскочила на него, демонстрируя всю свою силу и ловкость.

– Мяу-мяу-мяу, – где там моя уточка? С вилочки покормишь? – таращусь на Одэла. Герцог виртуозно ставит передо мной поднос с тёпленьким, вкусным, томлёным в печи ужином. Сейчас растаю.

– А она проголодалась, – делает вывод герцог.

– Мррррррррыыыыыыыыяяяяяуууууурррррр… – у меня был плохой год, это из-за нервов всё время хочется есть, – урчу довольно, пробуя уточку. Внутренний трактор заводится сам по себе:

– ТРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРР…

– На кухне ей дали кличку Принцесса Заморская, – одними пальцами гладит меня между ушей герцог, – она ела только из чистой тарелки на столе и только самые вкусные мясные блюда.

– Мррррр… – подтверждаю я информацию. В жизни так вкусно не ела, как в эти два дня.

– А в клетку подкинули кильку, – размышляет вслух Филипп, аккуратно доставая куском оторванного подола ядовитую рыбку.