Ученица мертвой белки. Книга 2

Покормим Латишей кровью – авось и сподобятся открыть портал!

Не успела Янка выразить возмущение по поводу этого сомнительного, отдающего бесчеловечной практичностью заявления, как почва буквально ушла из-под ног и спутники с криками провалились под землю, туда же полетели прикрывавшие дыру пучки травы. Больно ударившись о дно, Янка замерла, уставившись на врытый посреди ямы остро заточенный кол. Стоило представить, что могло статься, угоди они в самый центр ловушки – ее будто окатило ледяной водой до несносных мурашек.

– Осел я, остолоп! Рано расслабился! Непростительно! – ругал себя Охотник, поднимаясь на ноги. – Чертова волчья яма! Надо же было так по-глупому попасться!

Ситуация выходила скверная: глубиной в два человеческих роста, с отвесными краями, яма поглотила путников, казалось, безвозвратно. Напрасно Охотник ощупывал края в надежде найти, за что можно было бы зацепиться – прочные и гладкие стены делали ловушку безукоризненной.

– Смотри! – позвала Охотника Янка.

Сверху донесся шум, и в яме разом потемнело.

Множество лиц, образовав полукруг по кромке рытвины, заслонили собою свет.

– Помогите! Вытащите нас отсюда! – тут же выкрикнула Янка.

Охотник не спешил, предчувствуя недоброе. Люди наверху о чем-то совещались, громко галдели, спорили, экспрессивно жестикулируя. Кто-то опустил вниз алюминиевую палку с петлей на конце, затем поспешно вытащил приспособление. Охотник брезгливо поморщился.

– Ловчая петля… – скорбно заметил он.

В конце концов на дно спустили веревочную лестницу.

Охотник пропустил девушку вперед, после поднялся сам. Предчувствие не обмануло его: на поверхности путников встретил ряд направленных на них стальных вил. Мужчины – сплошь бородатые, в льняных рубахах, жилетах из черного велюра и темно-синих штанах свободного покроя, вооруженные «трезубцами» – имели свирепый вид. Женщины, стоя поодаль в длинных юбках с цветочным орнаментом, зеленых кружевных фартуках поверх блузок светлого льна, молча таращили глаза.

– Кто вы и что привело вас в Добрую деревню? И наши деды не припомнят случая, чтобы к нам забредали чужаки, – гнусавя, выпалил самый старший на вид; скалясь, он обнажил неровные зубы.

Янка, пребывая в крайней степени напряжения, ежесекундно ожидала начала кровопролития: случилось то, чего желал Охотник – повод выстрелить налицо. Однако ее спутник отчего-то медлил, что еще более усиливало напряжение. Чем больше девушка нервничала, тем стремительнее теряла контроль.