Жена Кощея

Разберусь со временем и по необходимости, а сейчас наши уже все в Канцелярии собрались, да вон и в дверь кто-то стучится, наверняка Ильяс с сыном-переводчиком.

Так и оказалось. А сынуля этот ничего такой, видный молодой мужик, высокий, стройный, плечи широченные, а талия наоборот. И волосы, что странновато, не чёрные, а тёмно-русые. Да и в целом, скорее нашей внешности, чем арабской. Одень его в штаны да расписную рубаху, так от наших парней и не отличить. Хотя, что-то в нём такое неуловимое, властное проскальзывает, не хлебопашец уж точно.

– Сын мой, – с гордостью представил парня Ильяс, – Басиль.

– Василий Ильич, значится по-нашему, – тут же внёс коррективы Михалыч. – Ну и прошу за стол тогда, гости дорогие.

– Господин… – Василий, усевшись с отцом за стол, вопросительно посмотрел на меня.

– Фёдор Васильевич, – подсказал Михалыч. – Так и зови.

– Фёдор Васильевич, – наклонил голову Василий. – Отец велел рассказать тебе о путях наших торговых, о притеснениях, кои мы постоянно терпим.

– Вот так сразу? – задумался я. – Хм-м-м… А чего это ты какой-то не арабский, а? Ну, больше на наших похож.

– Стратег! – хихикнул дед. – Сразу с главного начал.

– Ну, интересно же, – слегка смутился я. – Пардон, если что.

– Да небось, девчушку какую нашу купил на невольничьем рынке, в полон угнанную, – хмыкнул Михалыч, – вот и получи смешение кровей и культур.

– Моя мама – свободная женщина! – вскинул гордо голову Василий. – Из росов, да, но свободная!

– Ну и хорошо раз так, – примиряюще выставил я вперёд ладони.

А Василий вдруг хихикнул:

– Отец три года к ней свататься ездил да всё от ворот поворот получал.

– Да-да! – закивал Ильяс. – Три года, дарагой! А потом мы с моей несравненной Надя джан просто бежать и прятаться! Старый князь ох и злой был! Но когда мы честно поженились, успокоился немного и благословил нас. Ну а как Басильчик родился, тут мы савсэм в мире жить стали!

– Мы раз в год, – закивал Василий, – а в гости к брату Ставросу выбираемся всей семьёй.

– Ставросу?! – поразился я. – К нашему Ставросу? Из Кристополя?

– Ну да, дарагой, – развёл руками Ильяс, – Надя джан – тётка его.

– Ну надо же… Ну, классно.

– Вы и нам тогда свои, гости дорогие, – заявил Михалыч и тут же притворно пригорюнился: – Охохошеньки… Придётся и вас от налогов освободить…

– Аристофан, займись, – кивнул я бесу.

– Спасыба, дарагой! – растрогался Ильяс.