Фея

Не скажу, что такая я уж и маленькая – всего сто шестьдесят семь сантиметров, когда они достигают почти двух метров. Единственные, кто меня не трогает – это мой брат (которому просто фиолетово, что его младшую сестру обижают) Илья и парень моей подруги Артур. Я подтягиваю его младшую сестру Аню по биологии, тригонометрии, русскому и истории. Она троечница-хорошистка, хотя мама меня всегда упрекает в том, что нельзя смотреть на оценки человека в школе. (Хотя я полностью не разделяю ее мнения, ибо оценки ставятся за знания, а не за красивые глазки, а если есть знания – будут и хорошие оценки).

Сама я учусь на филологическом факультете, а моя подруга – на экономическом.

Начиная с восьмого класса, я не знала, кем хочу стать. Да и по сей день не знаю. Родители меня готовили. Окружение пыталось слепить из меня достойную, уважающую старших, девушку. Говорить об уважении я не буду. Для меня это больная тема.

Мы с Сашей обменялись объятьями и зашагали в университет. Грубо говоря, я не видела ее месяц, но успела сильно соскучиться.

Меня мучила тоска. Но следующее лето и весь учебный год мы обязаны провести вместе.

На выходе из двора Вашенская остановилась, провела по моим волосам рукой и тяжело вздохнула.

– Если ты снова начинаешь свои «истерики» на счет цвета, то у тебя вновь ничего не выйдет.

Депрессия

Возле нашего учебного заведения мы оказались за пятнадцать минут до начала занятий. Саша потопала в спортзал к Артуру (искренне не понимаю, как можно встречаться с баскетболистами, они же тупые, как воробушки), а я осталась ждать брата возле кафетерия.

Мы не виделись с ним около трех недель, виноваты во всем его лагеря для спортсменов, соревнования и друзья (хотя я не считаю, что в большинстве проблем виноваты его друзья, просто он все время с ними гулял, а со мной даже чай пить не хотел).

Минуту спустя он так и не соизволил появиться, но уже в коридоре, далеко, где-то в его конце, я увидела фигуру брата, который почему-то бежал. Завидев меня, он повернул в мою сторону и сбавил скорость.

Он поправил черную рубашку и спокойно зашагал ко мне на встречу.

Я оставляю ехидные комментарии сама себе, и сама же над ними смеюсь – полное сумасшествие. Илья спотыкается о косяк, но бежит дальше, словно Смирнов – это нечто хуже пиратов.

Кто-то мимо проходит, завидев погоню, посмеялся с моих комментариев. А я заржала еще пуще прежнего. Я любила смешно комментировать происходящее, даже если вокруг меня никого не было.