Фея

Упасть не успеваю – меня хватают за плечи и крепко держат.

– Ты зачем это делала? – кого как не Михаила заботит моя личная жизнь. Действительно?

– Я не обязана тебе отчитываться. Если считаешь, что я таю от тебя как шоколад в микроволновке, то ты глубоко, очень глубоко ошибаешься. Я не собираюсь с тобой разговаривать, ваше высочество! – делаю реверанс и поклон, сочтя этот момент подходящим для шуток – конечно же.

– Ты же прекрасно понимаешь, что он это расскажет всем и выставит тебя не в самом лучшем свете.

– А тебе-то какая разница? – одергиваю руку и быстрым шагом иду домой. Саша потерялась где-то в актовом зале. Она не звонила, но я предполагала, что с ней Артур. Жаль ее оставлять там, вдруг что случится, а придумать стратегический ход не успеет.

– Мне есть разница. Пока твоего брата нет рядом с тобой – я за него, – это было так самоуверенно сказано, что я громко усмехнулась.

– А где же он?

– Он тебе не обязан отчитываться! – передразнил он меня. Пристально посмотрела ему в глаза, Миша отвернулся.

Я остановилась. Что-то в его глазах было едкое, как кислота, и загадочное, как зеленый лес.

– Ну так, а какого черта? – спрашиваю уже, наверное, не его, а саму себя.

Иду целенаправленно домой. Скорее в теплую квартиру. Умыться, помыться, расслабиться, стереть с себя этот вечер – лучше, конечно, навсегда. Может даже выпить и устроить истерику в одинокой квартире.

Смирнов снимает с себя бомбер и заставляет надеть его.

– Да что ты от меня нос воротишь? – недовольно вскрикнул баскетболист, опять остановив меня, удерживаю руку. Его рука теплая, а моя холодная.

– Э, у меня… У меня аллергия! – отмахнулась я в надежде, что парень отстанет.

– На людей? – с ухмылкой на губах спросил кареглазый.

– На баскетболистов.

***

Дома я была через десять минут. Родителей в квартире я не застала, о чем гласила мне записка про неотложный отъезд и мое великодушное понимание.

Я налила стакан молока. Даже не разогрела, просто выпила залпом. Одна на две недели, какой ужас. Илья съехал в общежитие, поэтому я точно одна.

На кухонных часах пять-тридцать-две утра. Ничего себе! Это сколько же времени прошло? Больше девяти часов?

Мой телефон зазвонил. Если это Смирнов, то я не отвечу. Если Илья – сброшу и отключу. На экране светился незнакомый номер.