Чудо хождения по водам

Глава департамента принял рапорт помощника с вялой холодностью, словно сообщенные сведения если и были кому интересны, то никак не ему.

– Шумим, вижу? – изошло из него обращением к собравшимся. – К делу. Кто у нас докладчик? – шевельнул он головой, что означало вопрос к помощнику.

– Докладчиком у нас зам завсектором… – с поспешностью послушно откликнулся помощник, называя фамилию коллеги В.

– Слушаем! – повелел глава департамента.

В. перевел дыхание. Ему была дана отсрочка от разоблачения.

Совещание шло своим ходом, с тычками, зуботычинами, пинками, которыми, по обыкновению, обильно награждал юный Сулла, – В. отдыхал. Досталась, в свою очередь, увесистая затрещина и ему, – В. ничего не почувствовал. Он наслаждался полученной передышкой, вбирал ее в себя, как чистый горный воздух альпийских лугов, прочищал, вентилировал им легкие – перед тем как неизбежно вновь окунуться в чад и смрад равнинной жизни.

Окунуться пришлось несколько раньше, чем он надеялся. Юный Сулла суммировал розданные тычки и зуботычины общей звонкой заушиной, после чего должно было последовать разрешению расходиться, но вместо этого глава департамента внушительно откинулся на спинку кресла, взялся руками за край столешницы, плотоядная улыбка вытекла на его лицо, и с этой хищно-сладострастной улыбкой он воззрился на В.:

– Так что, это и в самом деле ты?

О, как неожидан, как болезнен был мгновенный переход из альпийской свежести и чистоты в душную теснину равнины.

– Я, конечно, – сказал он. – Раз все говорят, что я, значит, я.

Правда обезоруживает. Начальник департамента намеревался полакомиться замешательством В., насладиться его смущением, желанием уйти от ответа, он приготовился хорошенько оттрепать его, как нашкодившего домашнего пса, – и был лишен всего этого удовольствия.

– Вот как, – проговорил он, расставаясь со своей улыбкой и вместе с ней с предвосхищением удовольствия, что получит от трепки, которую задаст В. за уклончивость и очевидную неискренность. – Ну и как это у тебя получается?

– А спроста, – с лихостью отозвался В. – Надо только захотеть.