Блин, Кощей!

Тем более что Гюнтер не прекращал свои издевательства, всячески стараясь навалить на меня новых забот:

– Государь, осмелюсь напомнить – в три часа у вас приём послов, прибывших с купеческими караванами из Персии и Китая.

– Тебе самому сложно их принять и поболтать минут десять по этикету?

– Не сложно, – кивнул дворецкий. – Только меня спешно в Англию отправляют.

– Блин!

– Полдник уже накрыт, Государь. Блины поданы.

– Со сгущёнкой, хоть? – вздохнул я подымаясь.

– Ваше Величество, – проигнорировав сгущёнку, озабочено (да, он у нас такой) нахмурился дворецкий, – а кто же меня замещать будет, на время моего отсутствия?

– Да перебьюсь денёк…

– Никак невозможно, Государь!

– Ну, тоже мне, нашёл проблему… Вон, Михалыч за мной присмотрит.

– Да ни за что! – открестился дед. – Как на меня обчество посмотрит, ежели я заместо Гюнтера стану? Ты тогда, внучек, сразу меня в бабий сарафан переодень!

– Фи на вас, господин Михалыч, – поморщился дворецкий.

– Завязывайте, – остановил я спорщиков. – Найдём кого-нибудь другого на денёк.

– Машку попроси, внучек, – предложил дед. – Она девка у нас хошь и капризная, но ответственная.

– Вариант, – вздохнул, кивая головой Гюнтер. – Я распоряжусь, Государь… А вы всё же отправляйтесь во Дворец. Скоро послов в Тронный зал доставят.

– На крышу, – поправил я. – Гони их на крышу, а то я зажарюсь в плаще.

– На крышу, – кивнул Гюнтер и вдруг запричитал: – Да как же вы тут без меня справитесь? Да на кого же я вас оставляю?..

– Ну да, сутки без тебя и всё царство Бене под хвост, – хмыкнул дед.

– Алик, – я повернулся к эльфу, – спасибо за пиво и рыбку, пора мне. А вы не стесняйтесь, погуляйте по городу, у нас и эльфийский ресторан есть уже. А захотите вина хорошего – идите в «Великолепного беса» к Сократу, скажете, что от меня.

Я оставил Максимилиана попастись на лужку, а сам, скинув плащ, решил пешочком прогуляться через город, проветриться немного. Август на носу, самая жара у нас. Эх, сейчас бы с Варей на речку сгонять, на песочке поваляться, окунуться хоть разочек, а тут приходится… Эх…

– Фёдор Васильевич! – окликнул меня Калымдай уже в районе Рыночной площади.

– Опять война? – я остановился у лавки с пирогами, заинтересованно рассматривая их.