Новый год Кощея

 – А ты, внучек, ей начальник и считай, отца родного заменяешь. Всё правильно Шарлюшка делает. С уважением. Хотя и без бутылки припёрси, мда… Ишо не осознал он менталитету нашего, не осознал…

– На свадьбе попьянствуешь, дед. А ты Шарль… Женись, конечно, если Маша не против.

– Пойду, мадмуазель Марселину порадую, – направился Шарль к выходу, но около двери остановился и отвесил нам грациозный поклон. – Спасибо, господин Теодор и вам, господин Михалыч.

– Скатертью дорога, – проворчал вслед Михалыч.

– А, кстати, деда, обо всех этих послах и Франциях, – я подтянул к себе миску с картошкой и котлетами, – что там от нашего новоиспечённого Министерства слышно?

– Ты о Посольском приказе, внучек?

– О Министерстве иностранных дел, – важно поправил я.

– Аристофанчик давеча жаловался, – подвинул он мне хлеб, – что Гюнтер никак Указ на подпись Кощеюшке не подсунет, а без подписи Императора, какое уж министерство может быть?

– Вот сейчас доем и пойдём Гюнтеру голову рубить за саботаж, – прочавкал я.

– Не солидно, внучек, – покачал головой дед. – Ишо мы по Дворцу за преступником не бегали. Вызывай сюда Гюнтера. Да и палача сразу позови, чего мешкать?

***

– Вызывали, Ваше Высочество? – зашёл к нам Гюнтер.

– Угу. Пока палача ждём, можешь написать завещание, – кивнул я.

– А что я натворил, позвольте уточнить?

– Саботаж и измена царю и Государству. Это из основных обвинений. Но там, в целом список на шесть листов.

– Полюбовно не можем договориться, мой принц? – дворецкий томно поглядел на меня и облизнулся.

– Бр-р-р! – содрогнулся я. – Завязывай, Гюнтер. Лучше скажи мне, почему Указ о создании нового министерства ещё не подписан у царя? Я про Министерство иностранных дел.

– У императора, – строго поправил дворецкий. – А не подал я Указ Его Величеству, так как в нём не указан служащий, который будет руководить новым подразделением. Если хотите, сходите сами подпишите, а мне моя голова дорога ещё. Отвлекать от дел Государя не оформленными бумагами я не собираюсь.

– Формалист ты, – проворчал я. – Бюрократ в худшем смысле слова.

– Ну не сердитесь, Фёдор Васильевич, порядок такой, – вздохнул Гюнтер. – Хотите, поцелую и вам сразу станет легче?

– Сейчас точно палача позову, – пригрозил я. – Завязывай.

– Скучно, – вздохнул он. – Государь свои проблемы решает, глобальных дел нет, войны нет, сотрудники сами свои вопросы решают. А театр только вечером.