Новый год Кощея

На жизнь и судьбу ругаюсь.

Я бессильно сполз по стеночке и уселся на полу, вытянув ноги. А чего мне ещё оставалось? Только ждать.

Проснулся я через пару часов от того, что кто-то дёргал меня за ногу.

– Вставай, босс, реально всё уже.

Дед подложил мне под голову ватник, а Аристофан накрыл своей кожаной курткой. И, продирая глаза, я порадовался за себя, любимого и такого трудоспособного. Не зря я столько времени угрохал, чтобы наладить работу отопительного цеха – даже на этих гранитных плитах лежать было не холодно.

– А? Что?

Тут дверь отворилась и в коридор вышла обычно строгая, но сейчас широко улыбающаяся врачиха-кикимора:

– Поздравляю, Фёдор Васильевич, у вас мальчик!

– Всё?! – я вскочил на ноги. – А Варя как? Всё в порядке? А с сыном нормально? Проблем нет? Ой, спасибо, Лизавета Венеровна! А можно мне к ним?

– Федька, ну где ты там? – проворчал Кощей из лазарета. – То палкой не отгонишь, а то копается чего-то. Небось, опять о вечном задумался.

– Оболтус, – согласился скрипучий голос Лиховида.

– Я вас самих сейчас казню, – раздался тихий милый голос моей Варюши. – Федь, ну ты зайдёшь, наконец?

Я кинулся внутрь и огляделся. Варя лежала на операционном столе с накинутой поверх простынёй и слабо улыбалась. Она выглядела уставшей, но довольной и очень счастливой.

– Ты как?! – рванул я к ней и, схватив её ладошку, заозирался по сторонам. – А где?..

– Тут твой наследник, не дёргайся, – ухмыльнулся стоящий неподалёку Кощей, качавший на костлявых руках небольшой свёрток.

– Э! Э! Не уроните только! – я метнулся к нему. – Ну, что там?! Ну, покажите, а?!

– Что там? – фыркнул Кощей. – Угадай.

Он опустил конверт из одеяла пониже и я с некоторым трепетом уставился на очаровательную круглую мордашку моего сына. Моего! Сына!!! Он был… Ну, маленький, розовый и похож был на… ну, на младенца. Никаких особых своих или Вариных черт я не разглядел. Он спал, забавно почмокивая губами, а потом вдруг открыл глаза, обвёл взглядом лазарет, потом сфокусировался на мне и… подмигнул! И вовсе мне не показалось! Уж обычное моргание от подмигивания я отличу, будьте уверены!

– Держи, папаша, – хмыкнул царь-батюшка, протягивая мне ребёнка.

– Ага… Это… Сейчас! – засуетился я и крепко, но бережно обхватив свёрток, прижал его к груди.