Новый год Кощея

Вот и славно, что неразумных, зарплату просить не будут, а довольствуются только крохой магической энергии, которую из Дворца и потянут.

Ладно, вниз. Не навернуться бы со ступенек. А, нет, всё в порядке, ступени чистые, ни льда, ни снега. Молодцы хозяйственники.

Склон Холма не смотрелся идеально праздничным, а весь был изрезан укатанными санями и валенками дорожками и по ним с визгом и хохотом скатывались не только наши малолетние бандиты, но и вполне трудоспособные парни. Непорядок, конечно, чай не вечер и не выходной, но уж ладно.

– Дядь Федь, смотри, как я умею! – мимо меня на санках пронеслась Калинка, дочка одной из девочек Иван Палыча.

Я хмыкнул, помахал ей вслед и продолжил спуск. Странно, что Тишки да Гришки не видно. Уж эти паршивцы всегда у нас в центре забав. А, да, я же им сам перед выходом мультики включил.

Ивана я заметил ещё с лестницы. Он гигантской лопатой сгребал снег с площади в огромный сугроб.

– Что, Иван, – подошёл я к нему, – заняться больше не чем? Решил из губернаторов в дворники перейти?

Вместо ответа я получил пуд снега в мою гордую и благородную физиономию.

– Ох, ты ж… – услышал я бас Губернатора, протирая лицо, – Звиняй, Фёдор Васильевич. Что ж ты под руку-то лезешь?

– Теракт против должностного лица, – отплевался я наконец-то от снега. – Отрубание башки на первый раз.

– Снегу-то навалило, а, Фёдор Васильевич? – не испугался казни Губернатор.

– А я тебя как раз на счёт снега порадовать пришёл, а ты мне тем же снегом всю морду залепил вместо спасибо.

– А что на счёт снега? – навострил уши Иван.

– Да царь наш батюшка идею подкинул. Будем снег складировать у стены со стороны города, вот и всех проблем.

– Вот же… – Иван снял шапку и почесал затылок. – И верно. А как же мы сами-то не догадались?

– А всё это потому, что пашем мы с тобой, Вань, как каторжане на каменоломне у Баголопуса и мелочи эти просто из мозгов ускользают. А царь-батюшка сидит себе кофеёк попивает да коньячком прихлёбывает, а от трудового процесса всячески увиливает, вот ему мысли полезные в голову и приходят.

– По-хорошему, донести бы на тебя надо, батюшка, – задумчиво протянул Иван. – Виданое ли дело, государя-императора на Центральной площади при всём народе так поносить? Вот только с кем я тогда работать буду?.. Ладно, хрен с ним с императором, в другой раз донесу.

– Обживаешься, Иван, – хохотнул я и хлопнул его по плечу. – Совсем уже как наши разговаривать стал.