Шахтерский огонек

«Привет, «бугор»!», – поприветствовал он Ивана и, больше не обращая на него внимания, как ни в чем не бывало, подъехал к коровам и скомандовал: «Ну что буренки, пошли домой?». «Мууууу», – дружно замычали коровы, как будто понимая человеческую речь.

– Эй, Рогов, погоди. Ты что с коровами в шахте делал?, – наконец-то очнулся Телков.

– Как что? Пас.

– Ты что, дурак?

– Я? Нет.

– Тогда ты меня что ли за дурака держишь?

– Да брось ты, «бугор». Тебе что, жалко, что ли?

– Чего жалко? – заорал, как ужаленный, Телков.

– Я же тебе говорю – коров пас.

– Там что, травка зеленая растет? – ехидно спросил Телков.

– Трава моим коровам не нужна.

– А что они у тебя в шахте едят?

– Да уголь, конечно. Чем им еще в шахте питаться.

Телков ничего не понимал. Нет, он понимал, что кто-то сошел с ума – или он, или Рогов.

– Они у тебя что, и молоко дают? – спросил он Рогова.

– А то зачем бы я их держал, – ухмыльнулся невозмутимый пастух.

– Черное молоко?

Рогов ничего не ответил, задумался, а потом задал неожиданный вопрос.

– «Бугор», ты химию в школе изучал?

– При чем здесь химия? – опять заорал доведенный до отчаяния Телков.

– Тогда ты должен знать, что из угля можно делать все, даже маргарин. А немцы в войну бензин делали.

– Ага, понял. Твои буренки бензин дают. А ты его в свою «девятку» заливаешь.

– Нет, я масло сливочное делаю- ухмыльнулся звеньевой. А помните, Иван Петрович, – вдруг перешел на вы Рогов,– Когда я после училища пришел к вам на практику, вы меня на-гора гоняли?

– Нет, не помню, – недоуменно ответил Телков.

– Ну как же? У нас кровлю в лаве «обрезало», купола были метров по двадцать высотой, и вы меня на поверхность отправили – коров отгонять с шахтного поля. Так и сказали, гони, мол, сынок коров с пастухом вместе. Это из-за них порода валит.

– Да это же шутка была. Так всегда с молодыми шутили.

– Да, а я-то поверил, побежал, а там никого.

Васей оказался тот самый бык, на котором восседал звеньевой. Он без промедления забил копытом, наклонил голову с острыми и длинными, как копья, рогами и бросился на Телкова. Тот увернулся, как заправский тореадор, и кинулся бежать. Обиженный промахом, Вася развернулся и издал грозное «муууу» (Телкову послышалось «порвуууу»).