Планета Крампус. Роман

Да и кузню нашу в революцию да в гражданскую всю разворошили: молот в одну сторону, наковальню в другую, горн – налево, металл какой-никакой – направо… А как батянька богу душу отдал, вот тут мне вообще беспризорничать довелось. Вот такое мое, стало быть, происхождение, – закончил ответ Жаблин.

Страськов, отыскал наконец-то бумаги Рябова, пробежал их глазами.

– Так, ладно, – согласился он. – Ты мне расскажи, Рябов, за что в штрафную роту попал? Вот тут, – Страськов ткнул пальцем в листок, – в твоем приговоре красноречиво расписано, но мне хочется, чтобы ты своими словами изложил… И поподробнее.

– А чего излагать… Ну, попал на фронт. Кстати, я добровольцем был записан. А как же – страна в опасности. Кому-то надо ее защищать. Ну, вот и я, стало быть, как все…

Жаблин, конечно, умолчал, что на фронт он подался добровольцем далеко не из патриотических чувств, а по совершенно другой причине – прятался от наказания за злодейское преступление. Для чего, кстати, и раздобыл удостоверение личности – красноармейскую книжку на имя Рябова…

– Давай-ка, доброволец, по сути расскажи.

– А что говорить, была атака, был бой… – начал нудно вспоминать свою историю Жаблин. – А у меня нога занемела. Все на бруствер и в атаку, а я не смог. А тут вдруг лейтенантишка наш. Вышла ссора. Вот я и схлопотал себе штрафную…

– Очень кратко и очень скромно. Прямо пожалеть можно, – заметил оперуполномоченный. – А вот тут отмечено, что ты нанес ему огнестрельное ранение.

– Я и сам удивляюсь, товарищ старший лейтенант, – живо откликнулся Жаблин. – Чему их учат в военных училищах? Как на фронт попадают, так и оказывается, что даже простым оружием и владеть-то толком не могут.

– Это почему же? – спросил старлей.

– Да потому! – завелся Жаблин. – Он сам ко мне привязался. И начал пистолетом передо мной махать. Ну, вот и домахался. Сам в себя пальнул, нечаянно, конечно. По неумению с оружием обращаться. Я же и говорю – чему их там в училищах-то военных учат?

– А бежать из траншеи после ранения лейтенанта у тебя нога не занемела? – уставил на Жаблина свои оловянные глаза старлей.

– Ну почему сразу «убежал»? Почему сразу «поймали»? – с обидой возразил Жаблин. – Я, как увидел, что лейтенант ранен, превозмогая боль бросился искать кого-нибудь из медиков, медсестру там… или санитара. Но близко из них никого не оказалось. Я в поисках бог знает куда зашел.