Солдат Империи. Книга первая. Закат

Из кустов торчало четыре головы, с интересом наблюдая за нами, рядом стояла собака и пристально смотрела на нас. Щенок подбежал к взрослой собаке и стал к ней ластиться поскуливая. Та ответила тихим рыком, не сводя с нас взгляд.

– Свои, – выдохнул Юра, признав в одной торчащей голове седого полковника.

– Свои по спине бегают, а это наши, причём в неглиже и некоторые с неплохими сиськами. Ты сам выбирал или зам. по тылу доверился? – выдал я шутку, и у меня отлегло от сердца.

Полковник жив, а это означало, что всё будет как задумано и не придётся всё переигрывать и переделывать.

– Достань одежду и водку, разведи костёр и накрой поляну. – распорядился я и добавил, – пошустрей, а то я не люблю эскимо из сисек.

Юра хохотнул, сбросил с плеча вещевой мешок, развязал и достав водку, протянул трясущейся медсестре, у которой мне понравились прелести с торчащими сосками.

Полковник взял из мешка вторую бутылку, открыл, и из горла сделал несколько глотков, крякнув сказал:

– Окунулись после пара, в рот кило печенья.

– Война, мать её, – ответил я, и скинув с себя бушлат, накрыл медсестру и прижал её к себе.

– Какая, на хер, война?! Нас накрыли как по расписанию. Если бы в речку не побежали после парилки, то пиздец был бы всем.

У меня по сердцу прокатилась горячая волна – я осознал, что и нам повезло, потому что в дороге останавливались и я перешнуровывал кроссовки, затем кормил щенка.

Подъехал командирский джип и из него выбежал водитель с вытаращенными глазами и, задыхаясь, пытался что-то сказать. Выяснилось, что и он чудом избежал арт налёта, остановился «коня» отвязать на природе, а тут впереди как бабахнет. Мы переглянулись с полковником и поняли, что не бывает столько совпадений случайно.

– Контрразведка обосралась. Не иначе. Или в тылу у нас казачок засланный работает и причём грамотно. Как думаешь, полковник? – произнёс я с сарказмом.

– Пусть лошадь думает. У неё голова большая. А я точно знаю, что в штабе крыса завелась, – ответил командир и отхлебнул водки.

Разложив бушлаты у костерка и разлив водку в единственную кружку, Юра пригласил нас к импровизированному столу. Уселись поплотнее друг к другу, молча выпив, закусывали, каждый думал о своём. Медсестра Мила облокотилась на меня и вздрагивала после каждого прикосновения моей руки к её бёдрам и спине.