Террористы

 – Жирную свинью! Отвратительную свинью, которая обожралась порохом и динамитом, и вот-вот треснет от самодовольства!

– Не треснет, – задорно возразил эсер, – я взрыватель вывинтил. Но причем тут свинья? Не напишут же в газетах: надысь его императорское величество приказали долго жить после удара свиньею? Хе-хе! Нет и еще раз нет! Взгляните на изгибы этого тела, на голову, на хвост! Не кажется ли вам, что это ангел мести?

Он подбоченился и стал рисовать для Ландо картину покушения. Попросил его вообразить раннее утро в Царском Селе.

Императрица подбегает к окну – к небе синий аэроплан, который стремительно пикирует на дворец. Всеобщее замешательство, даже паника… Но поздно, поздно! Грохот!.. Срываются с гвоздей картины, рушатся стены, сыплется позолота, падают балки и колонны. И погребают под собой не только ужасного царя, но и все прошлое России.

Бомба, затаившись, лежала на козлах в ангаре, словно бы тоже слушая фантазии террориста.

– Признайтесь уж, сударь, – сказал Максим, – что вы совершили понюшку до моего прихода?

Эсер замахал руками, как мельница крыльями.

– Что вы, можно ли одурманивать себя перед летным испытанием? Клянусь, ни щепотки!

– Значит, вы поэт. Овидий жалкий школяр!

Савинков настороженно замер.

–А ведь вы почти попали в точку. Как думаете, чем я занимался в Париже?

– Наверное, планировали очередное покушение, – съязвил штабс-капитан.

Савинков не обиделся.

– Не угадали! Сочиняю роман. Называется «Конь бледный». Думаю, очень будет знаменит. В. Ропшин – мой псевдоним.

Фридрих и Гретхен уставили столы закусками.

Подошли мастера-немцы. Опрятно одетые, в сюртуках, кепи и при галстуках, они курили трубки у ангара, поглядывая на еду.

Прибыли и пилоты «Альбатросов», которые сразу же потащили Ландо за ангар, чтобы забить легкого косяка.

Максим красовался в темно-синих бриджах, заправленных в сапожки на шнурках, в кожаной куртке, шлеме с очками. И в Танином шарфе вокруг шеи.

Савинков упылил куда-то на «Форде», а вернулся с девицами в немыслимых шляпах. Они выпорхнули из машины и стали кокетничать с Максимом.

Гретхен наблюдала за ними со стороны сурово и настороженно.

Не успел авиатор удивиться, как Савинков представил девушек.