Террористы

Ну, написал Маркс бестселлер по экономике, а они в него вцепились, как в библию.

Правые? Там одни антисемиты во главе с сумасшедшим Пуришкевичем. Самое поразительное, что и анархисты, к идеям которых он испытывал симпатию, вряд ли были бы способны на корректировку.

Может, эсеры?

На эсерах Максим остановился интуитивно: этих людей он чаще всего встречал в последние годы. Наблюдая за Таниной работой в терроре. Отчего бы не эсеры? Они не боятся крови. А без крови ни одна смена власти невозможна. Они уважают дисциплину, знатоки конспирации.

Дома, в его России, 1911 год. Боевая организация разгромлена. Метальщики бомб либо повещены, либо тянут каторгу. Но у него есть синхронизатор. И начинать нужно с весны 1905-го.

Ландо не был уверен, но кажется, в середине января пятого года Леонтьева показала ему одного из самых засекреченных членов партии эсеров. Максим издали увидел белобрысого человека в синей поддевке, с гарусным платком на шее. Ничего примечательного. За исключением, пожалуй, оттопыренного уха, и влажных, чуть навыкате, глаз.

Это был Каляев.

Каляев расхаживал с лотком, как шарманщик, однообразно выкрикивал:

– Пи-рож-ки, господа! Пирожки с капустой, мясом, вязигою, печенкой с луком!.. Эй, матрос, что к земле прирос? Подходи, кавалер, угости-ка барышню!

– Иван один из самых лучших и светлых людей, которых я знала в своей жизни, – сказала Таня о лоточнике.

Чем даже вызвала у Максима ревность.

Но к вечеру того же дня он был вынужден снова вспомнить Ивана – поскольку газеты закричали об убийстве великого князя.

Вот кто мог бы возглавить отряд!

Его размышления прервал проводник.

– Вы неважно выглядите, брат Максим. Не волнуйтесь. Все сначала волнуются. Это нормально и скоро пройдет.

Ландо вышел за пределы города, на вершину того холма, откуда ему впервые открылся Аркаим. Проводник возложил руку на плечо странника, и он мгновенно перенесся в свое время, оказавшись на Фрегате со свертком в руках.

Стрелки на его хронометре дрогнули и пришли в движение.

Вот такая вышла история…

Глава 12. ЧЕТВЕРТОЕ ФЕВРАЛЯ

Российская Империя, Москва, 1905 год, зима

Пока Максим валялся на широченной постели в «Метрополе» и читал газеты об очередных убийствах, Каляев расхаживал по Москве с чувством превосходства.

Теперь Янек не просто рядовой бомбист. Он – посланник таких сил, о которых не ведает никто.

Он – сверхчеловек.

Его распирало поскорей проверить синхронизатор.