Посланец Шамбалы

«Наверное, пришла жена», – подумал Александр и, выключив «мини-монитор», пошёл открывать дверь. Это была Лидия, она сразу прошла на кухню и выложила на стол купленные продукты. Потом проверила содержимое кастрюлек и, гневно посмотрев на мужа, сказала:

– Что же ты ничего не ел? Тебе нельзя не есть!

Увидев, что и таблетки все целы, ещё сильнее напустилась на него:

– Ты и лечиться не хочешь?! Ну просто как малое дитя!

Александр молчал, он не заметил, как быстро пролетело время, поэтому не успел вылить часть щей и выбросить пару таблеток в унитаз.

Рассказать жене о том, что ему теперь не нужна пища, он не мог и потому сказал:

– Да ты знаешь, есть совсем не хотелось, а лекарство я принимать больше не буду, потому что уже выздоровел.

– Но врач велел пить таблетки ещё не меньше месяца, – возразила Лидия.

– Им бы только людей травить, да и с аптекарями они заодно, вот и выписывают таблетки кому надо и кому не надо.

Александр ушёл в другую комнату и оттуда крикнул жене:

– Завтра пойду на похороны Николая.

Ты пойдёшь?

– Нет, меня с работы не отпустят.

* * *

Во время похорон Соколов внимательно рассматривал людей, собравшихся на кладбище, и заметил тех двоих из «Жигулей», которые сбили Николая. У коренастого был фотоаппарат, он снимал всех подряд, несколько раз сфотографировал и Александра. Провожающих было немного, поэтому покойника быстро закопали, и все пошли к автобусу, который должен был отвезти на поминки в кафе. Елена пригласила и Александра, но он отказался, сославшись на неважное здоровье.

Сам же пошёл за теми двоими, держа небольшую дистанцию. Выйдя с кладбища, они сели в свои «Жигули» и уехали. Александр вернулся, сел в автобус, но, не доезжая до кафе, попросил водителя остановиться.

Придя домой, включил «мини-монитор» и настроился на квартиру толстяка.

Толстяк нервно ходил по квартире, он явно кого-то ждал. Минут через десять в дверь позвонили, и он побежал открывать. Это были коренастый и его напарник.

– Здорово! – сказали они хором.

 – Задание, шеф, выполнить не удалось, на кладбище мы отсняли всех не по одному кадру, но, когда проявили плёнку, она оказалась засвеченной.

Они не знали, что Соколов ещё в автобусе засветил им плёнку.

– Ладно, лопухи, идите, – с досадой сказал толстяк.

Он догадался, чьих рук это дело, и ему стало не по себе. Он снова нервно заходил из комнаты в комнату, пытаясь найти способ защиты от колдуна.

* * *

Александр понял, что толстяк не успокоился.