Икона Пресвятой Богородицы. Криминальный детектив и мелодрамы Кольского полуострова

– Он сейчас внизу. С ним прокурор беседует. Думаю, этот прапорщик тебе ещё понадобится.

– Разумеется, – коротко ответил я. – Счастливо! Передавай от меня привет Галине Захаровне. У тебя прекрасная жена.

Пока судмедэксперт, маленький, толстый, с залысиной мужчина лет сорока шести, осматривал трупы, я, считая, что у меня появилось несколько свободных минут, вышел на лестничную площадку.

Меня сразу обступили жильцы и громко, наперебой зашумели:

– Ох, батюшки, горе—то, какое!

– Туда, окаянным, и дорога!

– Ребёнка жаль… Им собакам, – собачья смерть!

– Нельзя так, люди всё-таки…

– Разве люди? Житья от них не было.

Я ответил на некоторые вопросы, поднялся на пятый этаж и, подойдя к квартире под номером девятнадцать, нажал на кнопку звонка.

– Иду уже, иду… – почти сразу послышался бойкий женский голос.

Я заранее приготовил удостоверение, но так и не успел им воспользоваться.

– Проходите, товарищ следователь, – одарив меня приветливой улыбкой, сказала уже не молодая степенная дама приятной внешности.

– Извините, не знаю вашего имени, отчества? – деликатно спросила она.

– Ларионов Павел Николаевич! – представился я.

– Очень приятно, а меня – Мария Ивановна Полякова. Я уже на пенсии, хотя по возрасту могла бы и работать. Но пока, честное слово, нет ни малейшего желания. Пенсия у меня хорошая, одной хватает. – И вдруг без всякого перехода заявила: – Я вас ждала, Павел Николаевич.

– Меня? – удивился я.

– Может, не вас лично, уклончиво ответила Полякова, – но я знала, что должен прийти опытный следователь. Был только что лейтенантик. Совсем ещё юнец… Вы проходите, Павел Николаевич.

Я прошёл в гостиную и присел на предложенное мне кресло.

В квартире было уютно, но чувствовалось, что это жильё одинокого человека. Впрочем, когда—то хозяйка могла позволить себе роскошь, приобретая редкую, дорогостоящую по тем временам, мебель.

– Вы, Павел Николаевич, когда позвонили в дверь, были уверены, что одинокая старушенция начнёт рассказывать свои байки, ругая нынешнее время и сожалея о пропавшей молодости?

Я пожал плечами.

– Не отказывайтесь, Павел Николаевич, я уверена, что именно такие мысли вас и посещали. Вы боялись, что вам придётся выслушать кучу всякой чепухи. Согласитесь, ведь я абсолютно права?

– Да нет, что вы, – попытался схитрить я.