Икона Пресвятой Богородицы. Криминальный детектив и мелодрамы Кольского полуострова

– О! Не льстите, пожалуйста. В своё время я выглядела гораздо лучше.

– Что вы… – попытался возразить Филимонов.

– Нет-нет, товарищ следователь. После того как я узнала, что мой мальчик тяжело ранен в голову… – Маргарита вздёрнула аккуратненьким носиком и быстро заморгала ресницами. – Я, как чувствовала… Не хотела отпускать его в армию… Может, Толик наболтал что-нибудь лишнее, так вы не обижайтесь, товарищ следователь. Убогонький он у меня.

– Что вы… – подавая стакан воды, возразил Филимонов. – Анатолий очень славный парень.

– Ах, перестаньте. Я не ребёнок. Дурачок, он и есть дурачок… Прости меня, Господи! – прошептала Маргарита.

Она отпила глоток воды и, поблагодарив следователя, вновь затянулась сигаретой.

– Вы зря его вызвали, – сказала она. – Ни один суд не станет слушать его показания.

– Я знаю, – огорчённо произнёс Филимонов. – Но Анатолий – единственный свидетель. Я пытался хоть что-то выяснить с его помощью.

– Вам это удалось?

– К сожалению… – развёл руками Филимонов.

– Его отец в своё время был полковником. Это он настоял, чтобы Толик стал военным и служил в Афганистане, – подавленным голосом, произнесла Маргарита. – Я была против такого решения. Но ведь вы понимаете, товарищ следователь…

Она умилённо взглянула на Филимонова,

– Я всего лишь слабая женщина… После того, как мой мальчик был тяжело ранен, его отец демобилизовался и занялся бизнесом. Недавно он погиб в автомобильной катастрофе.

Шавров презрительно ухмыльнулся и как—то странно и неприятно посмотрел на мать. Филимонов мгновенно уловил этот взгляд, но не придал ему особого значения.

– Я понимаю вас, – сочувственно произнёс следователь.

– Нет, – возразила Маргарита, – меня нельзя понять. Вы не знаете, что такое похоронить любимого мужа и остаться наедине с полумёртвым ребёнком.

Филимонов недоумённо взглянул на Анатолия.

– Всё правильно, товарищ следователь, я имею в виду моего мальчика.

Шаврова с горечью посмотрела на сына.

– Если бы он лишился рук или ног, это бы не помешало остаться ему человеком. Потеряв разум, он потерял жизнь.

– Но… – попытался опровергнуть Филимонов.

– Не обманывайте самого себя, товарищ следователь, – глубоко вздохнув, произнесла Маргарита. – Вы прекрасно понимаете, что я абсолютно права. Любое самое последнее ничтожество, может безнаказанно обидеть его…

– У вас есть возможность огородить сына от недобрых людей.