Право на жизнь

Я полагаю, что его политическая карьера подходит к концу.

– Вы, вероятно, мечтаете занять его кресло, – язвительно заметил Дейч.

– Да, не буду скрывать своих намерений. Я смогу предотвратить катастрофу. Наше государство ещё вполне жизнеспособно.

– Как же вы намерены справиться с надвигающимся восстанием возмущённых народных масс?

– Мне нужно время, чтобы Центр перспективных исследований завершил свои работы по новым источникам жизненных ресурсов. После их появления напряжённость в обществе спадёт, но до этого момента придётся проводить переговоры и искать компромиссы между правящей элитой и руководством антиправительственных сил.

– Почему вы так откровенны со мной?

– Потому, что вы стали невольным участником и жертвой последних событий. Я уважаю вас, как ученого, и мне жаль, что вы не сделали правильных выводов.

– Скажите, почему вы практически уничтожили временной лифт?

– С научной точки зрения лифт, безусловно, является выдающимся достижением, но в руках корыстных и бездумных деятелей он становится страшным оружием.

– А вы устоите от соблазна воссоздать полнофункциональный временной лифт, ведь в ваших руках рукопись Меркоса?

– Да, она у меня, но было бы глупостью восстанавливать то, от чего стремился избавиться.

– Почему я должен вам верить?

Цитрон в ответ лишь пожал плечами.

– Ладно, это и не важно. Но почему меня арестовали?

– Зная ваш научный потенциал, я не могу рисковать.

На лице Дейча отразилась усмешка.

– Вы решили стереть мне память.

– У меня нет другого выхода.

– К черту ваши извинения.

– Процедура не затрагивает интеллекта человека. Из вашей памяти сотрут определенный период воспоминаний. Я возьму вас в свой Центр, где вы возглавите одно из передовых направлений работ.

Дейч с ненавистью посмотрел на Цитрона. Тот молча удалился. Вошедший вслед за ним следователь вызвал конвой, который сопроводил профессора в ту же камеру, где он пребывал в компании с товарищем Фредом.

На этот раз его соседом оказался светлокожий, сухощавый молодой мужчина лет тридцати с продолговатым лицом и длинными рыжими вьющимися волосами. Когда Дейч появился в камере, он поспешно встал, на его веснушчатом лице появилась добрая улыбка. Голубые глаза излучали неподдельный интерес к вновь прибывшему арестанту.

– Меня зовут Рой. По образованию я электроник, а по призванию философ и оппозиционер.