Безразмерный спецназ

К нему потянулись руки с бутербродами, кусками колбасы и выпечкой, он быстро утешился и до самого аэродрома не проронил ни слова.

В самолете Гоша пристроился рядом с новыми знакомыми. Кукурузник трясло и качало в разные стороны, а за бортом что-то противно и устрашающе поскрипывало. Все в страхе притихли, и тут уже знакомый всем противный голосок проблеял:

– Интересно, а когда нам выдадут парашюты?

– Что, кто-то уже решил выйти? – сверкнул взглядом Кузьмин. – Для такого случая один найдем! Ну, кого высадить?

– Меня, меня высади! – подскочил Магнитов.

– Она, поди, сопротивлялась! Или не живая была?

– Там ей и место! Приедешь – разморозишь!

– Ох, бедная мама! Комнату себе холодильную соорудила, спала там, чтобы не стареть, хотела еще долгие годы радовать нас своей любовью, а я сгубил её – забыл утром морозильник открыть! – запричитал Гоша.

– Успокойся, жене позвони, – посоветовал кто-то.

– Жене? Так она в террариуме, принимает роды у Маруси, восьмиметрового удавчика! Пять дней уже трубку не берет, очень трудный случай – это ведь первая беременность у малышки!

– А дети есть?

– Сын.

– Оленей гоняет?

– Нет, выслеживает снежного человека! Говорит, их только летом можно подловить, когда у них брачный период проходит. Они тогда забывают про всякую осторожность…

– Да, тяжелый случай, это я о семье. Ладно, не мечись по салону, решим твою проблему! Сейчас нашим ребятам из охраны позвоню – вмиг тещу твою разбудят, накормят и обогреют, говори адресок, – нажимал кнопки телефона Кузьмин.

– Спасите! Здесь дыра в полу – сейчас меня наружу засосет! – заверещал психиатр.

Пассажиры повскакивали со своих мест, испуганно глядя в угол: оттуда, перекрывая солнечные блики, бил яркий луч света!

– Всем замереть! Не раскачивать самолет!

Кузьмин спокойным шагом пересек салон.

– Кто прожектор включил! – сердитый взгляд старшины уперся в красную бабочку. – Тут только ты сидел! Сам включил, и еще панику разводишь! Ох, лучше бы вместо магнитных харчей мы тебя на вокзале забыли! Натерпимся с таким паникером! А вообще, чей это фонарь?

– Мой, – смущенно откликнулся Гоша. – Но мне без него никак! Я музыку пишу, но пишу в основном по ночам, а творческое настроение создаю с помощью света.