Безразмерный спецназ

Тот покраснел, отвел глаза, в смущении вдавливаясь в спину Александра. Варя переметнула синий огонь на Парнаса, томно вздохнула, сняла с головы косынку и отерла ей свою весьма выдающуюся грудь. Та колыхнулась, теплая волна поплыла от неё в сторону разинутых ртов и накрыла всех без исключения.

– Ты мне, Федя, пришли кого-нибудь, по хозяйству пособить, хоть вот этого, востроглазого красавца. Да и Лизке помощь требуется, бородатый, думаю, подойдет.

Два «избранника» в смятении прижались друг к другу, сердца барабанили в унисон.

– А мы женаты! – сам не зная почему, выкрикнул Саймон.

Варвара звонко захохотала.

– Я же вас не под венец зову, а так, баньку подправить, пружины на кроватях подтянуть…

– Ты за этим на машину наскочила? – Кузьмин сердито пресек неположенные взгляды.

– Я к вам больше по имущественному вопросу. Говорят, мужик у вас пропал, гляньте, не его вещички?

Варвара протянула кожаный, слегка покоробленный чемодан.

Кузьмин осмотрел его, осторожно расстегнул замки и дрожащей рукой откинул верх – на мокрой одежде лежали размякшие листы бумаги, где немного расплывчато, но вполне ясно было напечатано: я, Краснов Владислав Анатольевич, обязуюсь…

– Где нашли вещи? – сдавленно произнес Федор.

– Пастухи вчера выловили, у кевдинского омута.

Хорошее настроение у всех мгновенно упало, и его без следа затянуло в бездонный кевдинский омут.

А в лагере беспокоились: прополка свеклы закончилась два часа назад, так где же работники? Арсеньев нервно вышагивал возле ворот, время от времени всматриваясь вдаль. Леший, подмигивая горящим глазом, крутился около.

– Ну, хвостатый, что тебе подсказывает чутье, не случилось ли с нашими товарищами беды?

Кот встрепенулся.

– Едут, едут! – радостно подскочил Прыгун. – Слышу мотор!

Троица выбежала за ворота навстречу машине, кот тут же метнулся в протянутые руки музыканта, а Арсеньев первым делом отыскал в толпе Сашкино лицо, и в душе его потеплело.

– Бригадир, мы сейчас такое порасскажем, столько всего случилось, – наперебой загалдели толстяки.

– После наговоритесь, ужин стынет! – перебил всех старшина. – Быстро в душ, а потом бегом в столовую!

На ужин спешили дружной гурьбой.