Сны командора

А в настоящий момент, остро нуждаясь в судах для ведения промысла и торговли, Баранов строил на острове Кадьяк верфь, планируя в ближайший год спустить на воду первый корабль. На стапелях уже стояли трехмачтовый «Феникс» водоизмещением 180 тонн и судно поменьше под названием «Дельфин». Планировалось спустить через год второе небольшое каботажное судно «Ольга».

Шелихов при очередной встрече увлеченно рассказывал Резанову о своей последней поездке в Америку и, отметив невесть откуда взявшуюся сноровистость Баранова, теперь радовался необычайно достижениям и порядку в своей американской компании.

– Вот ведь не думал, что так удачно выберу управляющего. Он здесь, в Иркутске, многое начал делать по-новому: завод отстроил, стал мастеровых обучать, школу учредил для детей деревенских, но не прижился как-то в среде местных купцов со своими честностью в делах и прямолинейностью суждений. А в результате «прогорел» на сделках быстро, не найдя общего языка с компаньонами, а те попросту подставили его. Много чего пообещали, но мало что сделали на самом деле.

Большое внимание Шелихов по настоянию Баранова уделял просвещению местных жителей – алеутов и индейцев-колошей. Шелихов поначалу ворчал, деньги жалел, предпочитая вкладывать их в развитие промысла, но, когда из Петербурга прибыли местные парни, отправленные ранее учиться на шкиперов, возрадовался необычайно, ибо получить грамотных специалистов, выросших в здешних условиях, было большой удачей.

Замыслы по освоению американского континента были грандиозными. Планировалось освоить и сделать российскую территорию, равную размерам крупного европейского государства, со своим флотом, верфью, промыслами и воинским гарнизоном.

Серьезное беспокойство теперь вызывала прямая конкуренция со стороны новоявленных американцев – бостонцев и испанцев, которые настраивали воинственных индейцев, вооружали их огнестрельным оружием и подталкивали к сопротивлению российской экспансии.

Значительный размах задач и обширных возможностей явно проступал из сделанного Николаем Резановым для Екатерины II отчета.

В разговорах с Шелиховыми раз за разом звучало предложение о возможном участии посланника из Петербурга в делах компании.