Опасные игрушки

Во всяком случае она начала с извинений:

– Возможно, мы напрасно у вас время отнимаем. Вот и Игорь так считает. Это Варя меня уговорила… Вы можете нам помочь?

– Пока не знаю. Варвара не успела меня посвятить… Внимательно слушаю вашу историю, Марина…

– Просто Марина… А это мой муж – Гридин Игорь Васильевич.

– Очень приятно… Вы не против, если я магнитофон включу?

– Конечно, конечно, – Марина заметно успокоилась, собралась и, поглядывая на микрофон, начала свой рассказ. – Две недели назад был очень странный звонок.

Мужчина не представился и настойчиво потребовал встречи. Я попросила объяснить причину, но он только сказал, что это в моих интересах. Все это было неожиданно и очень неприятно. Даже страшно. И я… я просто повесила трубку.

– А вы, Марина, не думали, что ошибка?

– Нет, Игорь Михайлович, это не ошибка. Он фамилию назвал. Причем двойную, и по первому мужу тоже. И голос был надменный, как у следователя: «Гражданка Маркова – Гридина…»

– Да, это не ошибка… И что же было дальше?

– Были еще звонки.

Почти каждый день. И с каждым разом все грубее.

– Голос один и тот же?

– Разные. По крайней мере – один женский и два – три мужских.

– Вы не записывали?

– Нет… Пытались по определителю узнать, но они все из телефонов – автоматов… Последнюю неделю пошли угрозы. Не прямые, но предлагали подумать о здоровье, не осложнять себе жизнь… И если бы только звонки. Были еще три письма, сообщения на пейджер мужа… А пять дней назад меня чуть не украли… Прямо рядом с домом кто-то хватает меня за руку.

Наконец, говорили, попалась, теперь поговорим. Я отмахнулась сумкой. Вероятно в глаз ему замком попала. Он руку отпустил и я убежала.

– Но лицо-то его вы видели?

– Нет, он сразу ладонями закрылся. Я сумкой очень удачно попала. Он даже вскрикнул…

– Понятно, Марина. Но я предполагаю, что это еще не все.

– Да, вчера мы получили вот это, – Марина протянула Савенкову изрядно помятый лист бумаги. – Это я его скомкала. Хотела выбросить. Очень разозлилась и… испугалась.

Савенков машинально взял лист за самый край, но почти сразу понял, что можно и не пытаться снять с него отпечатки – его долго мяли и потом столь же долго разглядывали. Да и буквы. Человек, который так аккуратно выписывает печатные буквы не станет оставлять отпечатки.

Текст был коротким, но впечатляющим: «Последнее предупреждение. Откажешься от встречи – убьем. Даже не думай сообщать ментам».

– Марина, а остальные письма?

– Я их все выбросила.