Бумажный Голиаф

В аудитории повисла неловкая пауза. Студенты группы дипломников и сами были из самых разных семей, но к пятому курсу окончательно поняли, что тут ты либо работаешь головой, либо сразу вылетал, несмотря на фамилию.

– К чему вы это, профессор Штейн? – не выдержав, громко спросила Мила. Группа притихла, ожидая какой-то хитрой либеральной тирады по поводу разногласий в обществе или еще чего-то такого, далекого от их технической специальности…

– К тому, мои уважаемые будущие коллеги, что не забывайте указывать обязательным параметром для ваших алгоритмов прокладки маршрутов, что опоры алгоритм должен размещать на земле коммерческого использования или потенциально коммерческого землеотвода согласно муниципальным кадастрам, – в группе послышался первых смех, и многие выдохнули спокойно.

 – Это часто встречаемая и недопустимая ошибка для дипломных работ. До встречи на консультации через неделю. – Последние его слова потонули в смехе и шуме группы, которая собирала вещи и стремилась на выход из аудитории.

Мила Бойкович вышла из корпуса и только тут вытащила трубку и набрала Бобби.

– Как ты там, Бусинка? – голос Бобби был веселый, видимо, неделя на работе заканчивалась хорошо.

– Твой модифицированный алгоритм опять построил маршрут, который не проходит вторую оптимизацию графа на нашей нейронной сети, Бобби. Профессор посоветовал мне взять алгоритм Риверст и не выпендриваться перед дипломной комиссией.

– Не трогай алгоритм построения, Мила.

Дома покажу тебе, что надо «скормить» вашей нейронке, чтобы она нормально оптимизировала маршруты такого типа. Сделаешь это из дома удаленно и к понедельнику проверишь вторую оптимизацию уже в лаборатории университета.

– Мне бы твою уверенность в собственной правоте, Бобби Тук, – Мила понимала, что Бобби знает о чем говорит и ощущала, как его уверенность передается и ей. – Ладно, если это получится, с меня сэндвич, и можешь сам выбрать фильм на субботний вечер.

– Не шутите со старым киноманом, мисс Бойкович, – Бобби подхватил шутливый ее тон.

 – Это могут быть и классические IX «Звездные войны»!

– Ты неисправимый мужлан, аналитик Бобби Тук, я ему Бергмана разжевываю по минутам и фразам, а он!

– Ты сама предложила, – он расхохотался. – Встретимся дома, Бусинка.

– Давай, ага.

Мила Бойкович еле успела на университетский шатл, который ходил почти в центр Сиэтла и высаживал ее в двух шагах от их новой квартиры.