Маски богов

Почему вы отвергли судьбу, уготованную вам свыше?

– Я благодарен вам за искренность и не хочу вас обманывать. Не расценивайте мои слова как святотатство, но меня слишком тяготил союз с богами египетских земель. В отличие от вас я был наделен змеиной силой не по своей воле. Я обрел ее не благодаря истовой вере или суровой аскезе. Такова была расплата за грехи моего предка, который жаждал любой ценой обрести власть и могущество. То, что вы считаете даром, для меня обернулось проклятием. Когда мое тело покрывал змеиный панцирь, я был горд собой.

Змеиная мудрость и хладнокровие возвысили меня над людьми. Я был непобедим.

Гатара отвернулась. Аудиенция была окончена. Но Сейт-Акх продолжал его слушать.

– Мне казалось, что я на самом деле достоин силы богов, – продолжил Мал. – Я вступил с ними в союз, и только у подножия пирамид понял, во что ввязался. Я никому бы не пожелал такой участи. Я знаю, Ваше Величество полагает иначе. Пусть каждый из нас идет своим путем. Я был бы счастлив, если бы мой Бог ответил мне на мои молитвы, донес свою волю и указал путь.

Но он безмолвствует, делая меня несчастнейшим из смертных.

Мал вышел из зала. Он вынул из сумы маску неприкосновенного и тут же вспомнил о другой маске, которая лежала здесь же. Проклятье Инсафа и Иустина – личина безумных царей-шутов все еще была у него: «Что мне с ней делать? Не знаю почему, но я не хочу возвращать ее Матаре и Гатаре. Оставлять маску у себя слишком опасно. Вдруг ее кто-нибудь случайно примерит, и тогда никто не сможет ему помочь».

И тогда Мал все понял. Гатара ждала, что он сам отдаст личину. Ведь Сейт-Акх предупреждал, что Мал должен встретиться с отверженным египетским царем – потомком фараона Иниотефа. Скорее всего, она знала, что маска у него, но не хотела произносить унижающих ее величие просьб. Матара уже просила его об этом. Мал помнил, как она вела себя во время их последнего разговора: ее горящий взор, пылкие речи, чувственные жесты. Матара была возбуждена и не могла себя сдерживать.

Тогда Мал едва устоял от того, чтобы пойти ей навстречу: «Царицам нужна личина. Или они ищут человека, который с ее помощью спасет город? Кебхут говорила ему, что он не единственный полководец. Но знает ли этот несчастный, на какие муки он может быть обречен? Матара утверждала, что, надев личину, смертный сойдет с ума. Но ведь Инсафу удалось остаться самим собой». Мал решил ничего не предпринимать, пока Господь не укажет ему, как действовать.