Первые боги

Мал лег на землю: «Как хочется все забыть, как будто никого не знал и не любил до сих пор».

Кто-то коснулся его легким дыханием. Мал осмотрелся. Ни одной живой души рядом не было. Он решил не останавливаться и не возвращаться, пока не выйдет хоть куда-нибудь.

Мал шел по лесу, залитому солнцем, и проникался спокойствием, исходящим от могучих стволов деревьев, наслаждался пением птиц и чувствовал присутствие еще кого-то рядом. Мал слышал звуки, напоминающие бульканье пузырьков воздуха, всплывающих на поверхности воды.

Утром Мал продолжил путь, прислушиваясь к булькающим звукам. Ему показалась фигура, напоминающая человеческую, и растворилась в воздухе. Он встал на то место, где находился невидимка, и почувствовал, что к нему кто-то прикасается. В булькающих звуках он разобрал обрывки слов.

К полудню Мал достиг места, где стебли травы превышали человеческий рост. Трава мягко обтекала тело. Мала не покидало ощущение странности происходящего. Он пробирался по лесу, ведомый булькающими звуками, в ожидании, что ему явится тот, кто их издает. Но существо оставалось невидимым. Вечером ощущение присутствия еще кого-то рядом усилилось, но Мал не беспокоился: «Пусть змей позаботится о самом себе и обо мне заодно».

Посреди ночи он проснулся. В нос ударил резкий запах. В темноте вспыхнули огромные глаза. Мал сжался и отскочил в сторону, схватил животное за пушистый хвост и отбросил его в заросли. Ему даже не пришло в голову обнажить меч. Мал разглядел глаза других обитателей леса, внимательно наблюдающих за действиями чужака. Лес жил по привычным для него законам. Опасаться новых нападений причин не было.

Если бы он шел в верном направлении, то должен был давно обойти и озеро, и замок Незерби. Мал не сожалел ни о чем, он никуда не спешил, у него не было никакой цели. Лес щедро одаривал его сладкими ягодами и маслянистыми тонкокожими орехами. Мал не сомневался, что рано или поздно он из него выйдет. Когда это произойдет, не имело значения. Мал готов был умереть в любой момент. Вот только источник энергии, бьющий из его души, был неиссякаем.