Причалы любви. Книга вторая

Лена, затаив дыхание, разглядела расписные черно-бело-желтые, с красными позументами крылья птиц, их черные галстучки… Весело перекликаясь, не обращая внимания на людей, птицы принялись клевать еще не опавшие темные ягоды. Лена уже видела этих птиц и не раз видела, но вот как их называют – не могла вспомнить. И Огонек, словно догадавшись об этом, подсказал:

– Свиристели…

– Это они? Почему же я их не узнала?

– Откочевали с севера, – невольно вздохнул Огонек. – Значит, там теперь уже снег… Да и у нас он не за горами.

Свиристели так же внезапно, как прилетели, снялись с хрупких веток и красивыми, волнообразными нырками скрылись в глубине парка. Лишь несколько ягод, неловко оброненных птицами, темнели среди желтых листьев, да раскачивались задетые ими вершинки молодых елочек.

– Мы не виделись почти два месяца, – глухо сказал Огонек, – а такое впечатление, что всего два дня.

– Ты о чем?

– Да так, ни о чем… Сколько я помню, мы почему-то крутимся вокруг одной и той же проблемы… И ничего решить не можем.

– Тебя это не устраивает?

– А знаешь, Лена, ты изменилась, – круто переменил разговор Огонек.

– Возможно… Мне пора возвращаться. Надо еще за Викой в садик зайти.

– Быстро вы ее в садик устроили… Профессор помог?

– Да… Но только не Сергеев.

– Сколько профессоров, – усмехнулся Огонек.

– А чему здесь удивляться? – обиделась Лена и встала со скамьи. – У моего мужа есть научный руководитель, профессор Бородулькин. Только и всего.

– Понятно… У меня, конечно, такого руководителя нет.

Огонек продолжал сидеть на скамье, глядя прямо перед собой. И так одиноко он выглядел, что Лена не выдержала, склонилась к нему и крепко поцеловала. Волнуясь от своего же поцелуя, от прикосновения горячей руки Огонька, она расслабленно опустилась к нему на колени, быстро и горячо зашептала:

– Ничего не хочу знать, ничего… Можем мы встретиться просто так? Ну почему так много слов? Я устала от них… Слышишь, Вовка, ус-та-ла… Пожалей хоть ты меня… Пожалуйста…

Огонек, крепко обнимая Лену, продолжал холодно смотреть перед собой…

Они выходили из парка, когда солнце должно было вот-вот коснуться далекого горизонта, и по городу был разлит особенный, осенний уже, полусвет.

– Вот, встретились, – с сожалением вздохнула Лена.